Время собирать камни

– А ты сивая рожа, налил бельма и не видишь куда едешь! – взревел Одинцов. – Сейчас я тебя мерзавец стащу с козел, да измордую.

– Будьте же милосердны господин поручик, – раздался из экипажа нежный женский голосок, – бедняга-кучер и так до смерти напуган.

«Обладательница такого голоса должна быть красавицей», – подумал поручик, посмотрев в экипаж, он убедился, что не ошибся. Женщина была прекрасна, белокурая, красавица лет тридцати. Её томный взгляд, больших, голубых глаз и пухленькие губки, вызывали одно желание, обладать ей.

Греховные мысли зашевелились клубком змей и в голове Одинцова, но женщина была не одна. Спутник её, со сморщенным, как печёное яблоко лицом, брезгливо смотрел на Алексея.

– Я приношу вам свои извинения господин поручик, – проскрипел он, – кучер будет мной тотчас же наказан, а сейчас разрешите нам проехать.

До чего ж не приятен вид у этого господина! Одинцов поднял фуражку, и сделал шаг в сторону. Коляска тронулась с места, и скрылась за поворотом, а поручик побрёл к себе в канцелярию.

После столкновения с лошадью, мысли о Ваське Аристархове вылетели из его головы.

Коляска же въехала на площадь что была в центре Кречевиц. Находились тут церковь, бакалейная лавка купца второй гильдии Семенихина и постоялый двор. Стоило экипажу остановиться у постоялого двора, как тотчас же на крыльцо выскочил половой , длинный, вертлявый парень, с прилизанными, чёрными волосами и тонкими усиками. Маленькие, раскосые глазки делали его похожим на крысу.

Одет этот молодец был в грязную, ситцевую рубаху, красного цвета. Рубаха его наводила на унылую мысль, что и в гостинице не чище.

Белокурая красавица первой вышла из коляски, а следом её спутник. Он оказался почти на голову ниже своей дамы. Ноги его были слегка согнуты в коленях, а непропорционально длинные руки, делали этого господина похожим на обезьяну. Едва только эта пара поднялась на крыльцо, половой, склонившись в низком поклоне, высоким голосом, пропищал:

– Милости просим-с в наше заведение.

– Голубчик, соблаговоли-ка приготовить мне и графине комнаты. Да вели накрыть стол, проголодались мы изрядно, – проскрипел в ответ обезьяноподобный господин.

– Будет исполнено! – половой кинулся перетаскивать чемоданы.

– Павел Афанасьевич, голубчик вы ли это? – раздался за спиной путешественников удивлённый голос.

Коротышка оглянулся, у коляски стояли два драгунских офицера: корнет и поручик.