Путь в Никуда

Он перевернул медальон гладкой стороной к себе и задумался. На этой стороне посредники писали поручительство для Двуликого, что он, посредник такого-то круга, ручается за душу человека, отходящего в мир иной, и готов выступить провожатым в тот самый мир, а по смерти своей ответить за эту душу. Это означало одно: взять частицу судьбы покойного на себя, тем самым облегчить жизнь души там. Это как взять частицу плоти и крови себе.

Посредник уже был готов начертить керном поручение, но смутился. Его насторожили раны.

Он вернул медальон на шею Вертрана.

– В чем дело? – удивленно спросил лекарь.

– Я хочу знать, что случилось на охоте? Что за животное напало на короля?

– У страха глаза велики, – ответил врачеватель.

– И все же… Что случилось?

Лекарь, не торопясь, все рассказал.

– Дикая свинья? – удивился посредник. – Да, возможно. Но на шее. Ты видел укус? – Лекарь промолчал. – Прах вас побери!

– Это змеелюд.

– Не верю.

Посредник почуял ложь. Или, решил он, никто не понимает, что произошло на самом деле.

Змеелюд? Они высасывают жизнь из человека, но король до сих пор жив. Он потерял много крови, это верно, но змеелюды выпивают жизнь до донышка.

Посредник обошел королевское ложе, сосредоточенно осматривая тело, затем наклонился к изголовью, убрал длинные волосы с шеи и вновь увидел это красное пятно на коже, будто насекомое укусило Вертрана. Посредник перевел взгляд на лекаря и вопросительно посмотрел. Лекарь не шелохнулся.

Если выйти из комнаты и пройти по недлинному коридору, то можно оказаться перед дверью, за которой в ожидании сидят два младших брата короля: Сиус и Тувор. И первый порыв посредника был именно проследовать в ту комнату и сообщить радостную – радостную ли? – весть о том, что король будет жить. Второй порыв: ничего не объясняя, не проронив ни слова, покинуть королевское поместье.

– Я знаю, – медленно произнес посредник, – вы ничего больше мне не скажите. Поэтому я ухожу.

– Но…

Слово, брошенное лекарем, замерло в воздухе.

Оно застало посредника на пороге комнаты. Он взялся за ручку и, приотворив дверь, сказал:

– Его величество не нуждается в заступничестве круга перед Двуликим. Король будет жить. Это не змеелюд. Это не дикая лесная свинья.

– А кто?

– Или что.

– То есть?

Посредник прикрыл дверь, но ручку не отпустил. Он медленного проговорил:

– Никто не знает. Что это, или кто это? Вопрос не имеет смысла.