Игра наяву 3. Истоки

Я упал перед ним на колени, стащил со спины рюкзак, вытащил из него высушенные цветы лаванды, зажигалку и серебряный нож. Последним я полоснул себя по запястью, а потом воткнул его в тело животного. Оно лишь чуть протяжнее захрипело. У меня же из пореза привычно выступила кровь. Я обмакнул в ней кончики указательного и среднего пальцев, после чего вывел в воздухе ведьмовской знак. Подошедший Кос внимательно наблюдал за моими действиями. Я высыпал на тело лося горку цветов и поджег их. Знак распался, и капли крови упали на траву.

У меня пропало чуть меньше половины единиц силы воли.

Животное начало разлагаться ровно так же, как мелкий крылатый моб, похожий на обезьянку, которого я принес в жертву на крыше. В воздухе образовалась отвратительная вонь, заставившая меня и Коса зажать носы. Вскоре от тела лося осталось лишь выжженное до земли черное пятно, будто здесь много лет, на одном и том же месте, каждый день разводили костер.

Друг пораженно прошептал, уставившись круглыми глазами на пятно:

– У меня нет слов, чтобы описать все то отвращение, которое я сейчас испытываю.

Это как увидеть свою голую жену, с которой ты прожил много лет, в обществе роты солдат с приборами наготове.

– Другого способа, усилить характеристики, нет, – удалось мне тяжело выдохнуть сквозь сводящие судорогой губы. – Или я его не знаю.

– Одно дело убить и съесть – это понятно, так заложено эволюцией, но вот так… – мрачно недоговорил друг, после чего отвернулся и двинулся прочь.

Я подобрал нож и потопал за ним, на ходу доставая зелья: одно, чтобы восполнить единицы силы воли, а другое – для затягивания кровоточащей раны.

Отпив из каждой склянки, я решил убедиться, что ритуал закончился как надо и открыл свои параметры. Всё прошло даже лучше, чем в случае с «обезьянкой». Тут мне дали целых две единицы. Видимо, сильное было животное. Жаль только, что новые единицы ушли в телосложение, а лучше бы они попали в силу воли. Все же я был более чем обрадован, но в то же время испытывал печаль из-за невинно убиенного животного. Кос вон и вовсе идет мрачнее тучи. Его лоб прорезали глубокие горизонтальные морщины, а глаза смотрят хмуро-хмуро. Я опасался, что он откажется дальше участвовать в этой затее, но парень как-то внутренне собрался, понимая, что в целом, если отбросить эмоции, мы действуем на благо себе.

Кос продолжил находить и ранить различных животных, просто перестав наблюдать за ритуалом и даже отворачиваясь в противоположную сторону.