Игра наяву 3. Истоки

– Твою мать, – простонал я, закрыв лицо рукой. Револьвер Спартака сейчас радует каких-то лягушек. Вот так сходили, мля, в лесочек. Кос выразился более крепко, оплакивая снайперку.

Наше положение существенно осложнилось: без оружия мы легкая добыча практически для любого ночного моба. Вся надежда на помощь эльфийки. Она в этот момент достала из-за голенища правого сапога мужчины-эльфа мой серебряный нож и протянула его мне. Я взял клинок и отправил его за пояс. В качестве оружия он был бесполезен, так что наше спасение так и осталось в прямой зависимости от Жизеэль.

Я устремил на девушку полный надежды взгляд.

Она остановилась возле костра, внимательно посмотрела на меня, потом на Коса, и проговорила:

– Если вы дать клятва не говорить никому о существовании альв, я вывести вас невредимыми из леса к деревня.

– Согласен, – тут же выдохнул я.

– Я тоже согласен, – немного отстал от меня друг.

– Тогда протянуть мне свои руки, – попросила девушка и расширила кинжалом, почти затянувшуюся, ранку на своей коже.

– Опять, – глухо пропыхтел парень, мигом поняв, что задумала эльфийка, и, хмуро глядя на нее, закатал рукав на левом предплечье. Тонкие пальцы девушки обхватили его руку, и она сделала длинный надрез параллельно синим венам. Выступила кровь. Эльфийка собрала ее и четкими движениями вывела в воздухе ведьмовской символ, прибавив к нему несколько элементов, написанных уже с помощью своей крови.

Знак засиял, а потом распался на множество капель.

Жизеэль произнесла, внушительно глядя на парня:

– Если ты кому-нибудь рассказать о существовании альв или о чем-нибудь связанном с ними, то ты тут же умереть страшной смерть.

– Ясно, – бросил он, мрачно усмехнувшись. Друг явно вспомнил такую же процедуру только в исполнении Чертовки.

– Теперь ты, – сказала девушка, кинув на меня строгий взгляд. Пламя костра, отражающееся в ее огромных глазах, придавало моменту какой-то потусторонней мистики, будто мы собрались здесь для того, чтобы вызвать дьявола.

Меня эта мысль слегка позабавила. Бледно улыбнувшись, я последовал примеру друга и тоже обнажил левое предплечье, совсем забыв, что у меня на нем татуировка. Жизеэль увидела ее, что-то недовольно пробурчала на эльфийском и прикипела взглядом к незамысловатым линиям, слегка приоткрыв рот, словно готовилась всадить зубы в мое предплечье.