Эрхегорд. Старая дорога

 – Теор дернул пояс, проверил пряжки, державшие петли хлястника. – В этом городе много клеветы. И я бы с радостью высказал своим клеветникам все, что о них думаю, но мне сейчас не до этого, вы знаете.

Стражники рассредоточились. Хватались за рукоятки мечей, если кто-то отказывался показать лицо. Из-за главного стола донесся краткий хохот, что-то глиняное упало на пол – громкий звон разбившейся посудины показал предельную, непривычную тишину в «Хмельнесе». Служанки, замерев с подносами, уныло переглядывались.

– Тен, – позвал я.

Нужно было предупредить его.

Голова следопыта склонилась над столом. Могло показаться, что Тенуин не замечал обыска в таверне.

– За нами сегодня следили, – прошептал я.

– Да.

– Ты знал?

– Трое.

– Трое… От взвоза. Когда мы поднялись на первый горизонт, я заметил…

– От Ноиллина.

– От заставы?! – Слова от удивления прозвучали слишком громко.

– Пока мы возились с минутанами, в Предместье выскочил вестовой. Они знали, что мы едем.

– Но… зачем? Кому нужно…

– Что происходит? – не выдержав, в голос спросил Громбакх.

Он, озадаченно моргая, смотрел то на меня, то на следопыта. – Какая слежка, какие вестовые? С какого перепуга?

– Тише, – процедил я, но из-за соседних столов на нас уже поглядывали, да и стражников явно привлек голос Грома.

– Вы не оставили мне выбора, – с улыбкой вздохнул Теор. – Теперь точно не обойтись без прогулки. Но я рад освежить голову. Надеюсь, ночью вы не будете по мне скучать.

– Скорее твой зад будет скучать без моих пинков.

Что тут…

Охотник не успел договорить.

– Вон! – крикнул стражник.

С кратким шелестом выхватил меч и острием указал на Теора.

Сразу десятки глаз, не сдерживая любопытство и задор, посмотрели на наш стол. В этих взглядах ожила надежда на драку. «Хмельнес» заполнился быстрым шепотом. Он становился громче, прорезался всплесками смеха, но тут же притихал.

Стражники, расталкивая сидевших на табуретах посетителей, бросились к нам.

Тенуин и Громбакх сидели неподвижно. Охотник больше не причитал.

– Уходи, – промолвил следопыт.

– О, я уйду, не беспокойтесь, мой друг. Но у каждого номера порядок. Нельзя испортить представление, прыгнув в огненное кольцо раньше, чем оно загорится. Зрители будут расстроены.

Чем ближе подходили стражники, тем громче становился гул в таверне – он густыми волнами переходил из одного угла в другой. Люди вставали, чтобы не упустить ни одной детали.