Эрхегорд. Старая дорога

Не меньший интерес представляет и то, почему Энион, а затем Лиадор, а затем и сам Эрхегорд Великий с такой непоколебимостью взялись за истребление людей, в венах которых, быть может, отчасти текла кровь каахнеров, и почему они запретили своим летописцам даже упоминать сам факт их существования, ведь в иных краях кровопролитное и победоносное покорение уже заселенных земель нередко становится любимейшим для придворных историков и главным в воспитании новых поколений. Не каждый народ решится умолчать о воинских победах – на то должна быть веская причина.

    «Краткая история своаналирских народов и государств».

    Саалдин из Гулемы

– Слушай, надо заехать к сигвару. – Громбакх осклабился. Значит, готовился шутить. Пальцами перебирал клыки на амулете.

– Зачем? – Я сделал вид, что не жду подвоха.

– Сделаем тебе кистевую сигву. Надо ж начинать. Ты тут достаточно повидал. Переругался, с кем только мог. Сперва Орин из рода Торгорда. Теперь Птеард из рода Креолина. Хороший набор.

– И?

– Что?

– Какую сигву?

– Ну, тут очевидно… Яремный бык мчится на пеструю юбку! – Охотник хохотнул.

– Почему?

– А ты напряги мышцы головы. Чего непонятного? Одна девчонка потрясла юбкой, ты забил копытом и понесся спасать Багульдин. Бегал по туману в моих портках, кричал чего-то, размахивал мечом. Теперь, значит, другая девчонка потрясла юбкой, так ты весь напыжился, грудь выше носа, ходишь тут, давайте, говоришь, доверимся ей, то есть юбке, она не обманет.

– Миалинта доверяет Эрзе.

Она делала вид, что не слышит Грома.

– Эрза… Ну да, от двух юбок совсем крышу снесло. Только ты определись, какая из них тебе больше по вкусу.

– Гром…

– А то развезет. Яремных быков, знаешь, ведут на убой.

– Гром.

– Ладно, ладно, забыли. Сам разбирайся. А затея дурацкая.

– Никакой затеи. Просто обсуждаем. – Миалинта подняла на меня взгляд.

Даже в полумраке потняцкой я хорошо видел ее темно-желтые радужки. Различать настроение Миалинты по цвету глаз я еще не научился, но и без того чувствовал, что она недовольна нашим разговором.

– Тут и обсуждать нечего. – Зевнув, Громбакх еще глубже расстегнул рубаху.

Клыки амулета путались в черной поросли на его груди. Даже там виднелись шрамы – такие же широкие, как спрятанные под щетиной на скулах.

В потняцкой было жарко. Пот щекотными струйками стекал из подмышек. Я уже снял жилет, а теперь подумывал содрать с себя и пропотевшую льняную рубашку.