Племя с левого берега реки

Та лесная сторона, куда ушёл их отряд, казалась худшим из вариантов. Пролески сменялись полями. Поля – снова пролесками. И ничего, что хотя бы отдалённо напоминало съестное. Разве только бабочки да несколько птиц. Геворг, а именно так звали могучего армянина, несмотря на свой крутой нрав, любил птиц и не собирался разорять их гнёзда. Хотя голод – не тётка.

Редкие деревья вновь сменились густой рощей.

– Эй, ты! – прикрикнул главный зазевавшемуся парнишке, который начал ковырять пальцем кору дерева. – Сюда бегом, пока я не заставил тебя съесть это дерево целиком!

Парнишка послушался и побежал.

Геворг решительно двинулся сквозь рощу. Он всё никак не мог решить, кто же в отряде его раздражает больше: этот молодой зевака, слишком умный боснийский поджигатель или слащавый певец, улыбающийся всем направо и налево. А ещё ему пару раз казалось, что он видел пробегающего в кустах кролика.

Роща закончилась очень быстро. За ней находилась широкая поляна с белыми цветами. На этой поляне они увидели нечто…

Этим нечто были звери.

Много, целая стая. Взрослая особь достигала двух без четверти метров в высоту и трех метров в длину. Широкая спина, четыре массивные лапы, причем задние чуть больше передних, крепкая шея, крупная голова с роговым наростом на лбу и длинный крепкий хвост. Эти звери чёрного, бурого и бежевого окраса были чем-то средним между быком, конём и динозавром.

Отряд залёг в кустах на самом краю поляны. Примерно десять минут лежали молча. Звери пыхтели, щипали травку, ходили кругом.

Самцы были крупнее. Самки меньше раза в два и без таких крупных наростов на голове.

– Что это за хренотень? – наконец подал голос кто-то.

По рядам пошёл ропот. Звери представляли собой завораживающее зрелище. У Геворга мелькнула смелая мысль. Он покрепче сжал свой кинжал.

– Вперёд, – уверенно произнёс он и вышел из укрытия. Но за ним последовал лишь босниец, забравший у кого-то топор. Мужчины медленными шагами вышли на поляну. Тихонечко, размеренно, стараясь не спугнуть зверей и самим не обделаться от волнения.

– Они травоядные, – зачем-то произнёс вслух и без того очевидную мысль Геворг.

– И будем надеяться, не всеядные, – ответил Самир. – А ещё они млекопитающие.

Босниец указал куда-то кивком, Геворг повернул голову. В тени дерева серенький детёныш пил молоко своей матери.

– Ага, – Геворг медленно шёл впереди.

В стае начался переполох. Животные заметили приближение неизвестных и с фырканьем отошли в сторону.