Серый властелин

Дверь открылась.

В трактире было очень тепло, даже жарко. Гремела музыка – музыкант пел что-то разухабистое, с матом и прибаутками. Мужчины, вид которых сразу наводил на мысль о ножах и кастетах, что-то распевали не в такт музыке, гремели кружки, стучали ложки – жизнь шла своим чередом, как будто и не было никакого вторжения оккупантов.

Впустивший Амалию вышибала с недоумением уставился на нее:

– Ты откуда такая взялась? К кому? Я тебя не знаю!

– Я к Пауку. Он меня знает.

– Уверена? Как о тебе доложить?

– Скажи – старая знакомая, за жизнь хочет поговорить.

– Мутная ты что-то, старая знакомая. Оружие есть?

– Нет. Где я тебе спрячу это оружие? – И Амалия, распахнув полы пальто, продемонстрировала платье, сидевшее на ней как вторая кожа.

– Н-да… тут не спрячешь – ухмыльнулся вышибала и шмыгнул перебитым бесформенным носом. – Стой здесь, сейчас я ему скажу.

Чтобы не привлекать излишнее внимание, Амалия отступила в уголок, за вешалку с верхней одеждой. Вышибала исчез за плотной массивной дверью, открывшейся и закрывшейся легко, без скрипа, видимо, петли были густо смазаны маслом.

Появился он через две минуты и кивнул головой на дверь.

– Иди, он ждет! Он говорит, ты знаешь куда идти. – В глазах вышибалы было немое изумление – какая-то шлюха, а хозяин беспрекословно ее принимает, будто важную персону.

Амалия проскользнула мимо него, как уж в нору. За дверью оказалась лестница, и девушка по скрипучим ступеням поднялась наверх. Контраст – хорошо смазанная дверь и такие скрипучие ступеньки – навел ее на мысль, что это своего рода сигнальная система, чтобы было слышно, когда кто-то поднимается.

Паук по обыкновению сидел в своем кабинете в конце коридора. Здесь у него было что-то вроде конторы, где барыга принимал посетителей, скупал и продавал краденое. Дверь была полуоткрыта, и, заслышав скрип половиц, Паук крикнул бархатным голосом, под стать его благообразной внешности:

– Я жду, жду… проходите!

Встретишь такого человека на улице – никогда не подумаешь, что это один из самых опасных людей в столице.

Этакий одуванчик, с седыми пушистыми волосами, длинной ухоженной бородой и залысинами на высоком лбу – ни дать ни взять профессор. Однако Амалии было известно, что на совести этого «профессора» десятки, а то и сотни загубленных жизней купцов, торговцев или тех, кто просто имел несчастье встать на его пути.

– Я так и знал, что это вы, госпожа, – усмехнулся Паук, увидев на пороге главу Тайной службы.