Грань

Я и сам уже понимал, что не стоило этого делать и впредь этого делать не буду. А Илью было уже не вернуть.

Винил ли я Романа за произошедшее? Скорее да, чем нет? Винил себя, больше ввиду того, что изначально Илья не хотел этого пить. Я каждый раз вспоминал ту нашу беседу и понимал, что я не настаивал и даже, кажется, хотел его отговорить. Я возненавидел Романа за это. Не знаю, насколько он был виноват. Для меня, да. Самое обидное, что он ни разу не подошел, не извинился, не поговорил со мной об этом.

Он вел себя, как ни в чём не бывало. У меня присутствовало огромное желание как-то встретить его и так разбить ему лицо, чтобы он не мог еще долго показываться на глаза, но повода тот больше не давал.

Позже, вспоминая тот момент, когда Ливер наливал эликсир себе, а мы отвернулись, чтобы посмотреть, не идет ли кто, и я не был уверен, что он тоже выпил жидкость. Он сказал, что она противная, но мне так не показалось.

Моего друга Ильи не стало. Ещё очень долго у меня не было такого друга как Илья, а может быть, даже вообще не было.

3

Первый раз после смерти Ильи я встретился с ним в попытке бессознательного забытья. Шел 2007 год. Я, двадцатипятилетний инвалид проводил свое время между реальностью и сном, между часами боли и минутами расслабления. Меня накачивали обезболивающими, но я ее чувствовал. Боль была со мной. Сейчас я знаю, что по большей части я ее и провоцировал.

Жесткое столкновение на тренировке и от моей перспективной карьеры хоккеиста пришлось отказаться.

Не спасла экипировка. Да, она частично снизила удар, но вердикт врачей поставил крест на моей карьере. В лучшем случае тренером, но только после полного восстановления. А это было не мое. Я планировать летать по льду, а не наблюдать за летчиками.

Илья пришел в один из моих затяжных отключений.

Чтобы уйти от боли, я старался забыться, стараться ни о чём не думать, отключить сознание от реальности, просто лежать, не осознавая себя.

Превратиться в неодушевленный предмет и просто лежать. Я отстранялся, убеждал себя, что я просто тело дохлого хорька на песке, частично зарытого в него. Никому не нужный, в частности самому себе, не осознающий себя.

Лежать и пытаться получить какую-то осмысленность своего положения и может просто чуточку расслабиться, потому что не нужно никуда вставать. Найти какую-то крупицу смысла приобретенного нынешнего положения.