Юркино небо

– А что колхозники?

– Говорят, лошадь старая была, сама в любой момент помереть могла. Мы пообещали осенью помощь в уборке урожая. Так что они претензий к нам не имеют.

– Петровского наказали?

– Так точно. Сперва старший лейтенант Пантюхин приказал Петровскому самому в оглобли впрячься и вместе со всем его отделением докатить колхозника с телегой, куда тот укажет, а затем три наряда вне очереди дежурств по кухне.

– Я бы ещё от полётов на месяц отстранил, но Пантюхину виднее. А вот то, что телегу заставил оттащить в колхоз – это правильно.

Время бежало быстро и, наконец, наступил день экзаменов. И начался он с проверки физических данных кандидатов. Дошла очередь и до Юры. Подтягивание. Юра настроился на двадцать раз, как было написано в тех нормах, что «достали» ребята, но уже после двенадцатого инструктор сказал достаточно. Отжимание – было написано тридцать раз, его остановили после пятнадцати. И так по всем дисциплинам. Что-то, молча, записывали в свои журналы и вызывали следующих.

Много позже он выяснил, что те нормативы, что кто-то «достал», была чья-то шутка, но это было позже, а сейчас… После бега на шестьдесят метров Юра не выдержал и спросил:

– Товарищ инструктор, разрешите обратиться.

– Обращайтесь…

– Кандидат Сергеев. Почему всё молча, никто ничего не говорит? Как понять, годен, не годен?

– Результаты будут оглашены на общем построении по окончании экзамена. Это делается для того, чтобы не давать никому лишних надежд. И будь готов расстаться со своими приятелями.

Юру бросило в жар, сначала он почувствовал лёгкое головокружение, а затем, словно, земля ушла из-под ног. Слова прозвучали так, будто бы его уже отчислили, так и не приняв. Хорошо это было последнее испытание. Мышцы вдруг стали ватнымии не желали слушаться. Юра собрал волю в кулак и сбросил с себя это непонятное ощущение беспомощности. Присоединился к группе, погружённый в отчаянный умственный диалог с самим собой.

Наконец объявили общий сбор.

Юра занял своё место в строю с твёердым убеждением, что не покинет училище, даже если его решат отчислить. Он найдет способ уговорить. Он пересдаст нормативы, чего бы это ему не стоило. Но когда он приметил, въехавший в расположение училища грузовик в сопровождении офицера и двух солдат, ему вдруг вспомнились наущения отца – не бегать, ни от наказания, ни от награды, а с достоинством принимать то, что заслужил и, как ни странно, волнение его покинуло.