Чекист. Западный рубеж

Из оружия имеется один пулемет, и винтовки. Их, соответственно, тоже сто. Патронов должно быть по двадцать штук на ствол, а сколько лент к пулемету, не помню, но вряд ли больше двух. Начдив, передававший нам бойцов, на боеприпасы не расщедрился, да и к чему излишества? Для охраны спецконтингента патронов хватит, а боевые действия вести не планировались. М-да, а получается, что Филиппов прав. Он мне теперь еще и пулемет припомнит. Дескать – я же говорил, что «Максим» не нужен, а ты «отжал», теперь расхлебывай. А как это, пулемет не нужен?

С мыслью – как же я стану «отмазываться» за пулемет, оказавшийся в «недружественных» руках, снял телефонную трубку и попросил соединить со штабом восемнадцатой дивизии.

– Куприянов слушает, – донесся до меня голос комиссара, чему я обрадовался. Начдив Филиппов, дядька неплохой, но он сначала делает, потом думает. Уже сколько раз мы с ним ругались.

– Иван Федорович, рад вас услышать, – сообщил я.

– Прибыл, Владимир Иванович? – дежурно поинтересовался Куприянов, а потом спросил: – Ты не знаешь, часом, куда твой лепший друг подевался?

Я ждал совершенно других вопросов, потому до меня даже не сразу дошло, что речь идет о Викторе.

Осторожно поинтересовался:

– А что случилось?

– Телеграмму прислали с Высших военных курсов политработников РККА. Так мол и так, за неявку на занятия, комиссар бригады восемнадцатой пехотной дивизии шестого фронта Спешилов отчислен, командованию принять меры к его розыску.

Вот те раз. Еще чуть-чуть, и Спешилова объявят дезертиром.

У них что, в Политуправлении левая рука не знает, что творит правая? Впрочем, может и на самом деле не знает.

– Отбейте им телеграмму, – посоветовал я. – Дескать, Спешилов Виктор Николаевич получил назначение на Западный фронт, в данное время воюет с поляками в качестве комиссара шестой дивизии РККА. По всем вопросам рекомендуем обращаться в ПУР.

– Ну, ни хрена себе, – ругнулся Куприянов. – Мой комиссар повышение получил, в действующую армию ушел, а я ни сном, ни духом.

Владимир Иванович, а ты-то чего молчал? А, да, – сообразил комиссар дивизии. – Ты же и сам только сегодня прибыл. Ладно, от сердца отлегло.

– Иван Федорович, ты лучше расскажи, что там начдив делает? – попросил я, понимая, что комиссара сейчас больше волнует судьба своего подчиненного, а не мятеж заключенных.

– Это ты про свою тюрьму, что ли? Начдиву посоветовали авиацию поднять, скинуть на монастырь парочку бомб с хлором, что от англичан осталось.