Невеста наемника

Нужно следить, чтобы лес рубили по правилам, а иначе без дерева остаться можно, да чтобы пастухов вовремя нанять. Мало ли, что они свободные. А дома-то стоят на вашей земле. И пашут они вашу землю. Тут уж все как раньше. Ну, разве что – продать вы никого не можете, да до смерти запороть никого нельзя. Опять-таки – без согласия общины повесить вы никого не вправе.

– Получается – до смерти я запороть никого не могу, но выпороть вправе?

– А как иначе? – удивилась стряпуха. – Вы же суд будете вершить, а там без порки никак нельзя.

Вон, на той неделе Герхард своему соседу Юзефу два зуба выбил. Он уже прибегал, спрашивал, когда к хозяину на суд Герхарда тащить? Можно и штраф назначить, но лучше розги. От штрафа-то вся семья пострадает, а от порки – только задница.

– А скажи-ка, Курдула, – решил я пошутить, – в первую брачную ночь невест к хозяину не приводят?

К моему удивлению, кухарка отнеслась к моей шутке всерьез.

– А тут, господин Артакс, даже не знаю, чего и сказать. При господах Йоргенах такого не было.

Госпожа бы не позволила. А раньше было. Да, точно было. Но коли господин невесту в первую брачную ночь берет, то должен ей на хозяйство денег дать не меньше талера.

– Получается, девственность стоит талер! – хмыкнул я.

– Да какая сейчас девственность! – захохотала старуха. – Уже до свадьбы по сеновалам да по кустам лазят. На свадьбу порой идут – у невесты брюхо на нос лезет. Или в девках подоле приносят. Куда это годиться? Нет, многие, конечно себя блюдут, – поправилась Курдула.

 – Но в наше время девство все берегли, поголовно! Подожди-ка, господин Артакс, – забеспокоилась кухарка, переходя на ты. – А ты не право ли первой ночи хочешь?

– Нет, не хочу, – засмеялся я.

– Вот и правильно, – выдохнула старуха с облегчением. – Иначе, никаких талеров не напасешься. Девство – оно что? Тьфу. Сейчас оно есть, а потом нет. А на талер можно корову купить. Вот, поживете немного, женитесь. Вы, конечно, человек уже не молодой, но не старик еще.

По вам видно, что силы девать некуда, на двух молодых хватит.

Под разговор я и не заметил, как мы дошли до усадьбы. В отличие от вчерашнего утра, тут суетились люди – ставились леса, а на крыше разбирали черепицу.

– Однако! – только и сказал я.

– Вы уж нас простите, господин Артакс, – повинилась кухарка. – Но как только вы ушли, мы с Томасом подумали и решили – а скажем-ка мы, что новый хозяин обещал хорошо заплатить. Вот, народ еще с вечера и набежал.