Невеста наемника

Во флигеле, где и так-то было темно, летали пух и перья, заслоняя собой единственное окно. Конечно же, у меня засвербело в носу.

– Ап-ччхи! – поприветствовал я женщин.

– Будьте здоровы, господин Артакс, – почти сердечно поприветствовала меня Курдула, а фройляйн сурово промолчала.

– Благодарю вас, – церемонно склонил я голову. – Апч-ччхи…

Фройляйн Кэйтрин и Курдула были заняты странным делом – набивали пухом крошечные подушечки. Прочихавшись, я не удержался от вопроса:

– Это для кого, для кота?

– Это, господин Артакс, одеяло пуховое будет, – сдержанно отозвалась Курдула.

 – Подушечки вместе сшиваются, плотно-плотно, потом – пододеяльник сверху. И будет замечательное одеяло! Мы уж лет пять пух копили, думали – а вдруг да приданое придется шить. Слава-те Господи, дождались!

– А кому приданое-то? – брякнул я.

Вопрос был глупым. Жених – то есть я, должен соображать, что невеста обязана принести что-то в дом. Не только будущие рога, о которых я вспомнил, но и что-то более полезное в хозяйстве.

– Так верно, не мне, – хмыкнула кухарка. – Я свое приданое уже давно истрепала.

«Наслышан!», – хмыкнул я про себя, но вслух сказал:

– Вижу, что оклемалась, молодец. Ты бы сходила к Томасу, посмотрела – не утомился ли.

– Вы, господин Артакс, так прямо и скажите – пошла вон, дура старая, нам поговорить нужно, – встала кухарка.

– Курдула, сядь на место! – прикрикнула фройляйн. – Я тебя никуда не отпускала.

Курдула замерла в нерешительности, но когда я кивнул ей на дверь, послушалась меня, а не свою бывшую хозяйку.

Интересно, как старики ее до сих пор не придушили?

Я прошелся по комнате – два шага вперед, полтора назад. Полюбовавшись на каминные часы, словно присыпанные снегом, изрек:

– Хорошие они люди, ваши бывшие слуги. Другие бы не вытерпели.

– Слуги должны знать свое место, – горделиво произнесла девица. – Знатные люди остаются знатными при любых условиях! Шваль остается швалью даже выплыв наверх.

Я почувствовал, как во мне просыпается ярость.

Я полагал, что эта девчонка заслуживает уважения за то, что она отчаянно пытается выжить и остаться человеком! А она… Да она просто маленькая спесивая дрянь! Захотелось ухватить фройляйн за шиворот, задрать ей подол, завалить на эту жуткую постель и выдрать ее. Но я не дожил бы до своих лет, если бы позволял ярости управлять собой. К тому же – ну, что греха таить, не знаю, как бы я поступил при виде девичьей попы. Взять силой женщину – не велик подвиг.