Час «Ч», или Ультиматум верноподданного динозавра

Ну? И дальше чего? Ты там себе монографию-хренографию сбацаешь, а мне с того что за прибыток? Большое русское мерси от широкой научной общественности?

Глеб пожал плечами. Он не знал, какой прибыток мог принести этому борову белокаменный город Китеж. Боров подсказал:

– Вот, к примеру, смогу я твой Китеж-сити приватизировать? Причём – за недорого – как бросовые земли под водоемом, не имеющим хозяйственного и природоохранного значения?

– Приватизировать? – удивился Глеб. – А зачем?

– Это уж – моя забота, зачем! – хмыкнул спонсор.

 – Музей там забацаю. Единственный в мире, полный эксклюзив! С экскурсиями на мини-подлодке. Для желающих – погружение с аквалангом в сопровождении гида-инструктора. За отдельную плату – возможность побрякать там в колокола. Представляешь? Да на твои подводные терема будут слетаться тугие кошельки хошь из Японии, хошь из Штатов!

Он ещё минуту посопел, покрутил колесики в лысой черепушке – и выдал резолюцию:

– В общем, так, светоч знания! Представляешь мне бизнес-план подводного туристического и торгово-развлекательного центра по полной программе.

Мои орлы его обмаракуют – и тогда вернемся к нашему базару!

Устраивать из легендарного града новый Диснейленд Глеб не собирался. На сём он прекратил «хождения в капитал» и упрямо выпятил фамильную челюсть: «Ещё не вечер! Подождём, пока подвернётся случай!». И вот случай, кажется, подвернулся…

Доска объявлений

Приватизирую в натуре подводный Китеж, московский кремль, Россию.

Бабки – сразу. Обращаться: Бизнес-центр на Лиговке, офис 13, спросить Эдика.

Глава 8

КАМИКАДЗЕ МЕЛИКЯН, МОНАХ ИЗ ШАОЛИНЯ

(Москва, 20.. год)

Его самолетик вломился в клочковатые облака. Видимость упала почти до нуля, но это не страшно: путь к «своему» эсминцу он найдёт и с завязанными глазами. Сегодня – главный праздник всей жизни. Его последний вылет. И топлива – только на дорогу «туда». Оттуда дороги уже не будет.

Это высокая честь – подарить свою жизнь императору, венценосному Микадо.

И он, Мурасаки Хироси, выполнит долг с честью, как подобает сыну древнего самурайского рода.

Пробил покров облаков – и сразу увидел цель: ненавистный эсминец янки. Наконец, эти надутые индюки заметили приближение его самолета-торпеды, одинокой бабочки над пасмурным океаном: все зенитные пушки, все пулеметы нацелились в небо, истерически изрыгая огонь. Вспышки, расцветающие на окончаниях дергающихся стволов, очень красивы.