Лесовик. Хаос повсюду

– Господин учитель, а можно вопрос?

– Конечно, ты же сюда доставлен для учёбы, а как ещё сможешь научиться, если не будешь задавать вопросы. Спрашивай.

– А если бы я не согласился с версией о десяти наказаниях?

– Хм. Ты быстро учишься. Ты всё равно получил бы двенадцать, так или иначе. А сейчас – принимай гостей.

С этими словами он высыпал ко мне в чан банку с мелкими медузами размером с фалангу мизинца. И все они тут же устремились ко мне и облепили с головы до ног. А потом последовал магический удар.

Боль. Боль. Боль. Вот и всё, что можно сказать о моих ощущениях от наказаний Силестрия. Между наказаниями паузы были только для того, чтобы насыпать новых медуз вместо умерших. К завершению издевательств я стоял по колено в медузах и с головой ушёл под воду. Маг даже не удосужился откачать воду, чтобы я мог дышать. Надо думать, это было ещё одной проверкой на вшивость. Но тут он обломался. Благодаря Хаосу и его книге водное дыхание не даст мне умереть. Экзекуция уже прекратилась, а маг совершенно не спешил меня вынимать, а выбираться самому мне как-то не хотелось – можно нарваться на новое наказание.

– Любопытно, любопытно. Нет, ну кто бы мог подумать, каким интересным окажется эффект. Очень, очень интересная метода. Надо будет поставить на поток. Только стоит как-то научиться гасить боль, а то никто не согласится, но каков эффект! На почти двухсотом уровне сразу три пункта сопротивления.

Дальше послышался шум чего-то упавшего. Что-то разбилось. Опять какой-то грохот. После чего меня за шею обвило щупальце и бесцеремонно выдернуло наружу.

– Признавайся! Это твоих рук дело?

– Что – это, господин учитель?

– Где мои записи?

– Я не брал. Я был в чане. Можете проверить, – внутренне содрогаясь от предвкушения новых наказаний, но радуясь мелкой пакости, которую учудил никто иной, как мой милый Чумадец.

Настолько привык видеть его рядом с собой, что уже как-то и не обращал на него внимания, а он в присутствии других так и норовил спрятаться от посторонних глаз, но от меня не отставал. И сюда, похоже, прискакал вместе со мной. Ну и полакомился чужими записями, разумеется.

– Ты как-то с этим связан!

– Конечно!

– Ну вот!

– Вы написали записи, а я ваш ученик – связан напрямую, ведь это записи моего господина учителя.