Лесовик. Пророчество

Пытался донести до меня суть этих моральных переживаний героев, но так и не преуспел.

Мда. В общем, от файлов Димыча остался странный коктейль из чувств: тут и сожаление, что не применил компромат, а, следовательно, не смог отомстить самостоятельно; и облегчение, что не надо самому ничего делать, всё уже сделано за меня; и лёгкий укол совести из-за убийства людей, хотя я тут, собственно, ни при чём, так что совесть довольно шустро убралась со своими колюще-режущими предметами глубоко внутрь; и совсем крохотное сожаление о напрасности труда и, наверное, риске Димыча, раз Хаос разобрался со всеми причастными так кардинально.

Но в общем и целом, мне отчего-то было на всех них теперь наплевать. Нет, и чёрт с ними. Может, несколько жестоко, грубо, но после общения с Настей я понял, что детство кончилось и каждого жалеть никакой «жалелки» не хватит. Так что, мир точно будет чище и добрее от отсутствия этих людей на планете.

В общем, удалил все файлы с планшета и полез на форумы, посвящённые игре.

Решил начать не со свежего, а с давнишнего, так сказать, с самых начал. Вдруг там какие крупицы истины затерялись? Листал какие-то ролики, смотрел обзоры, что-то читал. Ничего особо полезного не находил, но время потихоньку убивалось. А я приближался к дню сегодняшнему. И вот нарвался на ролик с названием «Спящие проснулись!». Что-то мне от этого поплохело. И дата выпуска ролика – сегодняшняя ночь. Только одна мысль билась в мозгу: «Только бы я был ни при чём! Только бы я был ни при чём!» К сожалению, с первых минут стало понятно, что моя скромная роль в этом мероприятии налицо. Ведь самым первым же кадром было то, как я, в обнимку с Лицом, верхом на Силестрии, перепутавшись между его многочисленных лап, заезжаю в пещеру спящих. Руководит всем голова, висящая в когтях у гарпии Каркуши, за которой бессовестно гоняются Хрюша и Филя. Причём последний так и норовит схватить голову зубами. Но вёрткая Каркуша ему не позволяет, кривыми зигзагами уклоняясь от цербера, отчего голову штормило и так же в результате штормило тело. За сороконожкой пытались угнаться мастер Гронхельм и Сирано, но на полпути остановились и принялись что-то друг другу ожесточённо втирать. Вскоре к ним присоединились выползшие на карачках из бара Бармаклей и Грумбараш. За ними, пошатываясь, вышло около десятка эльфов из числа Безликих, которых по очереди обнимал и обцеловывал в лоб Степашка. При этом он что-то громко рычал.