Чужой своим не станет

Ich habe keine wichtigen Entscheidungen getroffen. Vor kurzem geh?rt geh?rt, ?ber die Operation von Friedrich. Aber was es ist, wei? ich nicht. Aber ich kann ?ber eine Gruppe ziemlich genau sagen. Es wird von Hauptsturmf?hrer Stolze angef?hrt[15 - В последнее время в Абвере для меня не все складывалось удачно… Меня отстранили от дел. Ключевых решений я уже не принимал. Недавно услышал об «операции Фридрих». Но в чем она заключается, я не знаю. Но об одной группе могу сказать совершенно точно: ее должен возглавить гауптштурмфюрер Штольце (нем.

).].

– С чего вы так решили? – спросил полковник Утехин, в упор посмотрев на Коха.

Говорил тот быстро, старший лейтенант едва успевал переводить:

– Когда я уже садился в поезд, то вспомнил, что позабыл в кабинете на столе семейную фотографию. Оставлять ее в управлении я не пожелал: то, что для меня дорого, для других всего лишь клочок бумаги. Ее просто швырнут в мусорную корзину. Чтобы этого не произошло, я сошел с поезда, вернулся в управление и забрал снимок… Когда я подходил к Главному управлению имперской безопасности, то увидел удалявшегося от здания гауптштурмфюрера Штольце.

Полковник Утехин внимательно выслушал перевод, после чего сдержанно заметил:

– Вы многим рисковали, когда решили вернуться обратно. Вы ведь должны были находиться со своей частью, не так ли?

Старший лейтенант перевел:

– Да, это так. Мне пришлось догонять свою часть. Но моего отсутствия никто не заметил… Хотя, думаю, если бы состоялся трибунал, то меня все равно отправили бы на Восточный фронт.

Куда-нибудь в штрафную роту… Хотя, если разобраться, сейчас весь Восточный фронт – штрафное подразделение.

– И где же эта фотография? При вас ее не было.

– В блиндаж, в котором я проживал, попал снаряд, вместе с фотографией были уничтожены все мои личные вещи. Мне повезло, я вышел из блиндажа за несколько минут до попадания.

– Что за человек этот гауптштурмфюрер Штольце?

– Он – лучший в своем деле, – продолжал переводчик, стараясь сохранить интонации Коха.

 – Во всяком случае, более инициативного, дерзкого и везучего человека я не встречал за все годы службы.

– При каких обстоятельствах вы с ним познакомились?

– Когда-то именно я готовил его к военной экспедиции в Югославию в апреле сорок первого, отобрав среди многих претендентов. И я не ошибся: там он сумел проявить себя наилучшим образом. А еще он один из любимчиков Кальтенбруннера, обергруппенфюрер поручает ему самые ответственные и самые рискованные задания.