Генералы шального азарта

– Тебе хорошо? – с придыханием спросил Сысоев.

– Да, – просто ответила она.

– Сладко?

– Да.

– Друзья должны делать друг другу приятное…

Арнольд Артамонович приподнялся над Ксенией и стал раздевать ее дальше. Когда она осталась в одних кружевных панталонах и лифе, надворный советник был «готов».

– Милая, хорошая, – бормотал он почти в беспамятстве, потеряв над собой контроль.

Да и было от чего забыться. Ксения в своей девичьей красоте была прекрасна. Никогда в течение последних пятнадцати лет Арнольд Артамонович не испытывал такого блаженства, как в наступившую минуту.

Он был женат, но его супружница с годами превратилась в почти бесформенную массу, до которой надворному советнику даже дотрагиваться не доставляло удовольствия. Не говоря уже о том, чтобы проделывать над обрюзгшей массой позволительные в супружестве интимные «упражнения».

А сейчас перед ним стояла богиня. Чиста. Невинна. И была невероятно свежа! От нее даже пахло как-то по-весеннему. Кажется, яблоневым цветом…

Нет, Арнольд Артамонович не кинулся на нее, аки разъяренный зверь.

Он молча созерцал волшебную красоту, чтобы продлить блаженство и негу, охватившую его, как можно дольше. Потом медленно поднялся, подошел к девушке и, прижавшись к ней всем телом, особенно нижней его половиной, принялся ее целовать. Всю. Лицо, шею, грудь, колени…

Ксения стояла, запрокинув голову, и ей было приятно чувствовать на своей коже его губы. Но она пугалась того, что будет дальше. И призывала в мыслях Генку, чтобы он поскорее подоспел.

Ну, почему он не идет?

Звук отпираемого замка послышался в тот самый момент, когда надворный советник Сысоев, раздевшись до исподнего, собирался примоститься рядом с Ксенией, уже лежащей на диване.

Он повернул на звук голову, прибавил фитилек ночника и увидел гостиничного служку. Парень медленно входил в нумер и не сводил взгляда с Ксении, которая, присев на диване, прикрыла грудь руками.

– Что здесь происходит? – грозно спросил он.

Арнольд Артамонович вспомнил, что он надворный советник.

– А ваше какое дело? И кто вас сюда звал?

Казалось, парень от этих слов просто задохнулся.

– Как это, «какое мое дело»? – Генка изобразил из себя возмущенного до предела человека. – Вы тут заперлись с моей сестрой, а мне «какое дело»?

– Какой сестрой? – недоуменно спросил Сысоев.

– Вот с этой! – Генка указал рукой на Ксению.

– Ну и что?

– Как это что?! – Похоже, Генка искренне задохнулся в гневе. – Она же еще почти девочка.