Государственный преступник

После обеда, сославшись на неотложные дела, старый барон сразу же ушел в свой кабинет, а Вера, когда они покинули столовую и обосновались в малой гостиной, передала кузену желание гостьи сопроводить ее в Охотничью рощу.

– С удовольствием отдам себя в ваше распоряжение, – с видимой радостью поклонился Михаил. – Валентина Дмитриевна, как вы смотрите, если мы поедем с вами верхом? – предложил он.

– О, это было бы замечательно! – воскликнула Петровская и тут же опечалилась. – Но у меня нет с собой амазонки.

– Это дело поправимое, – улыбнулся Михаил.

– Боюсь, мое платье не подойдет госпоже Петровской, – с явным холодком в голосе заявила Вера.

– Вот как, почему? – слегка опешил молодой барон, рассчитывавший на полное согласие Веры.

– Я бы с радостью помогла Валентине Дмитриевне, но она много полнее меня, и моя амазонка может просто не подойти ей, – ответила Вера, с некоторой завистью кинув взор на грудь гостьи.

– Вздор, – заявил Михаил, не ожидавший от кузины сопротивления и с удивлением вглядываясь в нее.

– Ничуть, – холодно ответила Вера.

– Уверяю тебя, на следующей неделе я тебе куплю с полдюжины платьев!

Вера пожала плечами:

– Мне это без надобности. Впрочем, делай что хочешь. А мне, прошу прощения, пора заняться хозяйством.

Девушка скорым шагом покинула гостиную, провожаемая двумя взглядами: один недоуменный, другой – понимающий.

– Ваша кузина просто образец домовитой хозяйки, – с еле заметной долей иронии заметила Петровская.

– Да, – задумчиво согласился Михаил. – Вся усадьба практически на ней. Прошу вас извинить ее за некоторую резкость, – добавил он. – Вероятно, она очень устала.

– Да, я понимаю, – мелькнули насмешливые искорки в глазах гостьи. – Теперь я уже и сама не хочу ехать верхом.

– Тогда пойдемте пешком, – предложил Михаил. – Роща, что вас интересует, находится совсем недалеко, а за ней как раз железнодорожная насыпь.

– Давайте пойдем к насыпи рощей, – предложила Петровская. – Вы ведь хорошо ее знаете?

– Конечно, – уверенно отозвался Михаил.

Какое-то время они шли молча. О чем думала Петровская, приходилось только догадываться, а вот думы Михаила были вполне явственны. Он думал о гостье замка и был полон восторга, что такая прелестная женщина идет рядом с ним, смотрит на него, невзначай касается его своим плечом. Волна чувств к ней уже захлестывала его и продолжала расти.