Скандал на драконьем факультете

Выходит, я задание, хоть и через пень-колоду, но выполнила! Прищурилась, не в силах оценить на взгляд, точно ли на размер стало меньше, но потом подняла лицо — почти торжествуя. По крайней мере, мне казалось, что, с некоторой погрешностью, я угадала.

И удивилась виду госпожи Иллы. Ее глаза стали настолько огромными, как будто мое второе заклинание и на них подействовало. Она несколько секунд стояла перед столом застывшей статуей, а потом заговорила — очень спокойно и вкрадчиво:

— А теперь, студентка Реокка, подгони рубашку под мой размер.

Я внимательно осмотрела ее фигуру и вздохнула — подозревала, что последует очередная насмешка, но хотелось доказать, что я внимательно слушала ее слова:

— Не получится, профессор. Припусков ткани за швами не хватит.

— Намекаешь, что я толстая?!

— Что вы… — я от ее тона отступила на шаг. Вообще-то, я намекала на то, что она очень-очень толстая. Чтобы ее принарядить, понадобится в пять раз больше ткани. В лучшем случае, и то если живот оставить открытым и обойтись без рукавов, а менять фасон нас еще не учили.

Из этой же вещицы совсем не худой профессорше даже приличный бюстгальтер не изготовить. И я добавила едва слышно: — Не намекаю.

— Так возьми и сделай! — приказала она.

Делать нечего, я еще раз со вздохом осмотрела ее пышные формы, перевела взгляд на рубашечку и произнесла заклинание увеличения с о-очень долгой «а»:

— А-бо-а-а-а-а-а-а-аз!

В аудитории снова засмеялись. Да и я на их месте не выдержала бы — так забавно в моих собственных ушах прозвучало это блеянье.

А рубашка поползла в разные стороны. Я совсем неправильно предвидела результат — думала, что она просто по швам разойдется, когда звук «а» исчерпает свои возможности. Но произошло иное: расползаться стали волокна, плотный лен истончался, между нитями появлялись небольшие зазоры. Но в итоге рубашка осталась рубашкой, хоть в такой приличный человек только в кровать осмелится пойти.

Профессор схватила вещь за ворот, подтянула к самому носу и, кажется, принялась изучать каждую вытянувшуюся нить.

Теперь смешки среди студентов ее не волновали, она полностью погрузилась в непонятное исследование. И так надолго это затянулось, что я не выдержала:

— Надеюсь, вы не взыщете с меня плату за испорченный макет. Я могу вернуть как было!

— Не сомневаюсь, что можешь, — произнесла она наконец и воззрилась на меня еще более огромными глазами.