Совенок. Вода и пламя. Шестая часть

Хармир остановился около высохшей чаши. Одинокая фигура стихии без воды выглядела жалко-голой. Даже камень потрескался, будто годами стоял таким. Либо местные жители ужасно ленивы, либо…

Мужчина обошел площадь по кругу. Заглянул в первый двор. Здесь повсюду валялись игрушки, трепыхалось на веревке белье. На кухне – он был уверен – будет стоять приготовленное на утро тесто. Детские постели разобраны и примяты. Взрослые еще не успели лечь.

Хармир все же заглянул внутрь. На веранде на столе стояла плетенная бутыль, два простых стакана, в каждом еще осталось белого мутного вина на пару глотков – местные гнали его из фруктов, на тарелке: сыр, хлеб, засахаренные сладости.

Под ногой протяжно скрипнула половица, разрывая резким звуком царящую вокруг вымораживающую тишину.

- Сейчас начнется, - пробормотал помощник, тенью следуя за ним.

Хармир знал, что увидит, но не мог себя заставить развернуться и уйти, потому что уничтожение, каким бы ужасным оно ни было, завораживало…

Нападение, они успели это выяснить прошлый раз, происходило поздним вечером или ночью, когда темнота полностью скрывала берег.

Вставшее утром солнце не находило ни трупов, ни живых людей. Животные тоже исчезали, даже захудалой птицы найти не удавалось.

Но нападение все же было. В некоторых домах были обнаружены следы борьбы, кровь, сломанная мебель, остаточные заклинания от примененной магии, вот, пожалуй, и весь улов.

- Три, два, один, - считал шепотом помощник.

Застывший мир дрогнул. Первым начал покрываться темным налетом плесени сыр. Вино из бокалов высыхало прямо на глазах. Черствел и разлагался хлеб. Потом стала темнеть древесина стола. Подломилась ножка стула, рассыпаясь в пыль.

Тлен неспешно, наслаждаясь трапезой, пожирал дом.

Опасно затрещала крыша, и помощник взмолился:

- Здесь нельзя больше оставаться!

Хармир спорить не стал. Его мучило стойкое чувство, что он оказался в заброшенной усыпальнице, битком набитой старыми костями, и мужчина с облегчением выскочил наружу.

На улице стало легче – ветер сносил смрад гниения в сторону моря, но картина была ужасающей. Скручивались листья на деревьях, гибли заросли кустов, темнели, покрываясь следами разложения дома.

Хармир знал, что здесь будет через час: полуразвалившиеся каменные скелеты домов, черная, словно выжженная земля и толстый слой праха на всем.