Плохая учительница, хороший снайпер

— Госпожа Кингдон-Куч, преподаватель анатомии и целительства. Магда — наш ангел-хранитель, надежда болящих и спаситель недужих, — развернувшись к брюнетке, Прюитт попытался отвесить поклон, задел локтем вилку, в последний момент поймал и замер, изумленно уставившись на свою руку. — Ну надо же, получилось!

— Поразительный успех, господин Прюитт, — госпожа Кингдон-Куч поглядела на несчастного Прюитта, как на притаившуюся в салате мокрицу. — Я вижу, вы сегодня демонстрируете чудеса ловкости.

Сидящая по правую руку от брюнетки сухопарая женщина неопределенного возраста хихикнула и тут же склонила голову, словно устыдившись неуместных эмоций.

Прюитт недоуменно поглядел на нее, потом на брюнетку и нахмурился.

— Простите?

— Полагаю, госпожа Кингдон-Куч хотела отметить ваши организаторские таланты, — бесхитростно округлила глаза Хизер. — Вы так ловко провернули все на вокзале.

Что именно провернул Прюитт, она понятия не имела — да это, собственно, и не требовалось.

— Ах, вот вы о чем! — вдохновленный похвалой, Прюитт тут же придумал для нее какую-то весомую причину.

— Это я могу, это конечно. Если вам будет нужна помощь, обращайтесь!

— Обязательно, — Хизер потянулась за ложкой. Служанка в белом чепце, неподвижно застывшая в углу, тут же отмерла и взялась за половник. По комнате поплыл густой рыбный аромат. Хизер тоскливо опустила глаза в тарелку. Там, в окружении редких кусочков картофеля и моркови, плавал белесый кусок камбалы. Подтверждая худшие подозрения Хизер, Кингдон-Куч брезгливо поводила в супе ложкой, словно вылавливая волос, и сложила полные красные губы в куриную попку.

Все остальные последовали ее примеру, дружно выразив лицами разные степени неодобрения. И только подвыпивший Прюитт жизнерадостно набросился на еду, щедро закусывая суп сэндвичами с яйцом. У столь очевидного неблагоразумия было только два объяснения. Первое — скромный учитель драконологии по натуре нонконформист и бунтарь. И второе — под влиянием алкоголя инстинкт самосохранения у Прюитта наглухо отключается.

— Салли, милая, — отложив ложку, Прюитт поманил молоденькую служанку пальцем. — Передай, пожалуйста, Молли мою благодарность. Великолепный суп! Давненько я так вкусно не ужинал.

Кингдон-Куч, оторвав взгляд от тарелки, внимательно поглядела на Прюитта. В ее черных глазах застыло холодное расчетливое внимание охотника, выцеливающего утку.

— Присоединяюсь к господину Прюитту, — вежливо улыбнулась Хизер. — Суп действительно великолепен. Мои комплименты кухарке.