Ключ ко всему

У черного хода на кухню на маленькой скамейке сидела зареванная служанка, чуть старше Иды. Девушка была работницей кухни. Рыжеватые волосы выбились из под чепца, ресницы набрякли.

Ида присела на колени перед безутешной девушкой, подоткнув подол, попыталась заглянуть ей в глаза.

– Что с тобой случилось? Почему ты плачешь?

Девушка подняла голову, в синих глазах на мгновение отразилось удивление, а затем девушка начала всхлипывать еще громче, вытирая лицо замызганным передником.

– Ах, лэри Хольмсварт, мне так горько…

– Как тебя зовут?

– Маргарет.

– Расскажи мне, пожалуйста, в чем твоя беда?

– Мне так стыдно…

Девушка запнулась на мгновение, собралась с духом, и плотину прорвало:

– Я…я родила ребенка. Вне брака.

Девушка несмело взглянула на лэри, думая увидеть в её лице осуждение. Но его не было. Ида смотрела сочувственно. Ей всегда жаль было тех несчастных девушек, на которых обрушивалось всё осуждение и презрение общества. К ним были слишком жестоки, клеймили позором. Обездоленные были вынуждены жить изгоями.

Иногда от них отворачивалась и семья, вынуждая искать приюта в богадельнях вместе с новорожденными детьми. Жизнь незаконнорожденных так же была далека от счастливой. Их дразнили, били, всячески подчеркивали постыдное происхождение. При этом мужчины не несли никакой ответственности, создавали семьи и жили счастливо.

– Мы любили друг друга, хотели пожениться. Гуляли. Йозеф был таким милым. Мы познакомились на танцах, в деревне. Никто не знал о нас. Он из семьи кузнеца. У нас всё было позапрошлым летом…

Ида плохо осведомленная об этой стороне жизни, почувствовала, что кончики ушей пламенеют.

– В следующий месяц кровь не пришла. Потом стало тошнить. Я поняла, что отяжелела. Сказала Йозефу. Он был не рад, отправлял меня к бабке, изгнать плод. Я не пошла.

Маргарет перестала плакать, во взгляде её появилось упрямство.

– Он женился через месяц, я думала, что его заставил отец. Как я была глупа! Осенью я видела его на службе в церкви, он с таким обожанием смотрел на свою жену, дочь лавочника.

Если родители и настояли на женитьбе, он не сильно сопротивлялся.

Мой живот уже начал округляться. Пришлось рассказать матери. Родители так кричали на меня, но посовещавшись, решили спрятать до родов, а в деревне сказать, что уехала к тетке. Так я и просидела до родов в доме. Родила в срок. Мне помогала лишь мать, нельзя было звать повитуху…

Она спохватилась.

– Не понимаю, почему я вам это рассказала, Вы же не выдадите меня, лэри?

– Конечно, нет.