Жена на замену

Впрочем, вмешалась… Анна, практически подплыв к старику, и нежным голосочком сказав:

— Ваше Величество, смотрите, какой здесь хороший стол! И столько интересных напитков… я думаю, нам с вами нужно их попробовать, правда же?

— Да, милая, да. Я пойду, Аннушка, пойду, — рассеянно отозвался Его Величество.

К счастью, говорил он тихо, а Никлас выбежал к нему, коротко поклонился отцу — по этикету, и тихо произнёс:

— Папа, тебе нельзя уставать. Попробуй закуски, и тебя отведут домой.

Тот кивнул, и побрёл к столу. Теперь не оставалось никаких сомнений в том, что мой брак организовал не он, а, вероятно, Анна.

Матушка ведь с нею общалась, могли же они сговориться? Я не знала. Только проследила за полным боли взглядом Никласа, и невольно пробормотала:

— Ваше Высочество, вы найдёте лекарство! Непременно!

Он тоскливо улыбнулся, и кивнул, очевидно, не в силах что-то сказать по этому поводу. А затем быстрым шагом двинулся следом за отцом и Анной. Я его понимала. Рэй же помрачнел:

— Кори, к сожалению, пока Его Величество не уведут, мне нужно будет следить за нашими высокими гостями.

Не нужно, чтобы посторонние королевской семье люди делали выводы. Ты побудешь хозяйкой вечера ещё немного? Он быстро устаёт.

Я только кивнула. Мне в общем-то ничего больше и не оставалось.

Глава 16. Отступление 3. Танцы герцога Геллерхольца

Как ни смешно, а Рэю хотелось обнять Ника. Всякий раз, как глаза того гасли, когда принц смотрел на состояние отца. Они искали магию, показывали Олдарика лекарю, даже пытались давать какие-то пилюли.

Его осмотрело такое количество специалистов всех мастей, что одними именами можно было бы испачкать огромную стопку пергаментов. И всё без толку. Конечно, никто из них не знал, что осматривает короля.

Но что перед ними когда-то могущественный и очень богатый маг, а теперь лишь жалкая тень его — и видели, и знали. И вроде как даже пытались помочь. Но всё, чего они смогли добиться — Его Величество научился выполнять простейшие команды, и вёл теперь себя как ребёнок, порой очень капризный.

Забывал давно знакомые имена, мог не вспомнить своё же требование. Порой, правда, казалось, что он вернулся. Что вновь может приказывать — вот как с свадьбой Рэйнера и указом насчёт медных рудников.

Но потом всё возвращалось на круги своя. И уже несколько лет Никлас фактически правил сам, был регентом при недееспособном короле, только скрывал своё регентство, и тяготился тем, во что превращается некогда достойнейший мужчина и просто любимый папа.