Жена на замену

Он забрал меня из дома матушки, освободил от власти этой склочной и взбалмошной женщины. Быть может, я даже наконец отвыкну называть её матерью — она этого всё равно не заслужила, и знала об этом. Любая другая радовалась бы на моём месте, и была бы благодарна.

А я лишь коснулась лёгкой вспышки счастья от того, как Рэй угадал с зимним мотивом свадьбы — и погрузилась в черную меланхолию, в которой толком не замечала никого вокруг. Графы, герцоги, бароны, виконты — и даже короли, все слились в моих глазах в бесконечную вереницу чужих людей, перед которыми следовало держать лицо.

Не давать треснуть маске. Череда ничего не значащих улыбок, поклонов, книксенов. И самый важный танец, который предстояло как-то пережить. Танец с уже любимым, но всё еще не моим — по крайней мере, душой — мужем. А я ведь даже рассмотреть его себе не позволяла…

Едва мы прошли мимо толпы гостей в центр зала, как Рэйнер сказал:

— Моя прекрасная супруга, Коринна фир Геллерхольц, я приглашаю вас на первый танец.

Подарите ли вы его недостойному вашей красоты глупцу? — и обворожительно улыбнулся.

Конечно, все мои чаяния о том, что я смогу смотреть куда угодно, кроме как на него, растаяли, как утренний дым. Слишком уж новоиспеченный супруг привлекал внимание. Так же легко, как двигался, улыбался, и освещал собою всё вокруг. Я взглянула в его чуть смугловатое лицо, поймала взгляд потрясающих серо-стальных глаз, едва не утонув в этих магических омутах, и неловко ответила:

— Буду рада танцевать с вами, мой лорд.

Рэй ободряюще улыбнулся, протянул мне крепкую и необычайно тёплую руку, и с первых мгновений закружил в быстром танце. Обычно как первый выбирали такие танцы, чтобы выглядеть словно святые, отдавшие души Светлейшему. Степенные, изящные, и — признаюсь честно — скучные. Но по знаку Рэйнера заиграла быстрая южная музыка, и мы заплясали так, словно это был не первый брачный танец, а последний в нашей жизни, и чем быстрее мы будем двигаться, тем дольше проживём.

Я не знала танца.

Не могла даже вспомнить название, хотя нужное слово вертелось на языке. Легко вспомнила, что раньше так танцевали на днях рождения — призывая Смерть отступить еще на несколько шагов, доказывая ей, что чувствуешь себя живым и полным сил. Но сейчас традиции поклонения ей на юге стали такими же неправильными, как у нас — повторять за эльфами и прочими долгоживущими, и бодрые пляски чаще можно было услышать где-то еще, чем там, где они родились.