Жена на замену

Интересно, теперь Рэйнер будет защищать мою честь от посягательств? Или жаловаться о таком супругу неприлично?

Я не успела вновь задуматься достаточно крепко, чтобы перестать замечать всё вокруг. Хотя наличие собственного будуара меня впечатлить успело — как баронесса, не наследующая привилегии отца, в отчем доме я о такой роскоши и мечтать не смела бы, даже если бы матушка меня обожала. Но от исследования моей личной замены мужского кабинета меня отвлёк незнакомый женский голос.

— Даэ Коринна, по вашему приказанию прибыла к вам в услужение.

Меня зовут Летиция, если вам подойдёт моя кандидатура, я стану вашей личной служанкой.

Я невольно чуть усмехнулась.

— А если не подойдёт?

— Тогда дарэ герцог подберёт для вас кого-то ещё, а я вернусь к прежним обязанностям. Но я надеюсь, что вы не захотите этого. Я знаю, ваша прежняя служанка начинала готовить воду для приёма ванны. Но она наверняка уже остыла, к тому же только я знаю успокаивающие сборы трав, расслабляющие после тяжелого дня.

Обновить вам ванну?

На самом деле, я не хотела никакой ванны. Понимала, что нужно, но хотелось лечь, и чтобы никто не трогал, включая слуг. Частое желание. Жаль, исполнялось оно только глубокой ночью, незадолго до рассвета. Когда все в доме спали, и не горело ни единой свечи или факела. У Рэя я видела магические светильники, но мы такого себе позволить не могли. Получается, матушка промотала целое состояние… почему я раньше об этом не задумывалась? Может, потому что не было ни времени, ни сил это сделать.

Но Летиции я кивнула. Мало ли, чего я там хочу, делать нужно так, как положено, в любом случае.

Она помогла мне освободиться от неудобного свадебного платья, позвав на помощь других служанок. Представила мне их, но я, к стыду своему, не запомнила имён. И даже в ванне в общем-то осталась со мной. Я позволила ей вымыть волосы, а потом осмелилась спросить:

— Скажи, пожалуйста, Летиция…

— Да, даэ Геллерхольц? — с готовностью отозвалась она.

— Какие в этом доме приняты правила? Могу ли я попросить тебя оставить меня одну, или герцог тебя за это накажет? — я спрашивала тихо, но её глубокие глаза красивого шоколадного оттенка расширились.

Может быть, от ужаса? Я уже что-то нарушила?

Служанка закашлялась, потом глубоко вдохнула, как-то странно мне улыбнулась — как будто, жалостливо? И ответила:

— Даэ Геллерхольц, в этом доме вы — хозяйка, вы и устанавливаете правила для нас, вашей домашней прислуги.