Магитерра 1. Императорская Академия

В глубине души она знала, что граф прав, только это понимание вызывало в ней не праведный гнев, а восхищение. Именно такое чувство она испытала, когда в первый раз увидела этерна из древнего могущественного рода, именно поэтому влюбилась в отца своей дочери.

— Не знаешь? А я знаю! Я допросил прислугу! Наша повариха Валенсия призналась, что помогала Калерии находить клиентов. Милая девочка варила на заказ «слегка» изменённые зелья.

— Что?!

— Именно! Истинная дочь своего отца, — пробурчал граф Фьери. — Тот тоже трактует законы, как хочет.

— Что же нам сделать? Я не знаю, как её вернуть...

— Может быть, возвращать и не обязательно, — слегка успокаиваясь произнёс граф.

— Я не понимаю тебя, отец, — устало сказала Катерина.

— Видишь ли... я совершил ошибку, попытавшись выдать Калерию за местного тюфяка. Конечно, умная и талантливая девушка, в жилах которой течёт этернийская кровь, никогда не смогла бы смириться с участью жены такого простого парня, как Николя. Поэтому я разослал брачное предложение лордам-правителям антропийских герцогств.

У каждого есть совершеннолетние неженатые сыновья.

Катерина подняла взгляд на отца.

— Мы, конечно, не простолюдины, но ты думаешь, что герцоги заинтересуются дочерью какого-то никому не известного барона Перье?

— Не заинтересуются, — спокойно ответил граф. — Но я уверен, что они сильно заинтересуются внучкой графа Фьери и единственной наследницей Фармацевтического завода.

— Хм... а ты знаешь, ведь Адриан Верлен является куратором курса Калерии в Академии.

Мне показалось, она ему нравится, — задумчиво произнесла женщина, воскрешая в памяти образ молодого лорда и наследника Северного герцогства.

— Честно говоря, именно на него я и надеюсь, — хмыкнул граф.

— Хотя он довольной сдержанный молодой человек и, я слышала, отказывал отцу много раз, когда тот пытался его женить.

— Посмотрим, — улыбнулся Ваден Фьери. — Сможет ли он отказаться от Калерии, всё-таки в её жилах течёт этернийская кровь, а люди этернам не отказывают, как ты знаешь.

Притяжение этой расы слишком велико.

В голосе отца Катерина услышала и насмешку, и укор одновременно. Как много раз она уже слышала их!

— Отец, когда же ты забудешь?

— Никогда.

— Мне неприятны твои намёки, а ты знаешь, что я ни в чём не виновата. Мы уже заключили помолвку и...

— Надо было ждать до свадьбы, как я тебя учил! — граф поднялся с кресла и повысил голос. — Этерны — непостоянны! Об этом тебя также предупреждали сотни раз.