Пушкин, кружка, два ствола

Даже не знаю, как я могла ведро не заметить… — Дина сделала вид, что только сейчас разглядела черное кружево. — Ох, это вы. Соболезную. Глубоко соболезную.

— А вы… Вы откуда… — женщина близоруко прищурилась, вглядываясь Дине в лицо. — Вы знакомая Миши?

— Нет. Я недавно приехала — новый школьный библиотекарь, может, слышали? — дождавшись утвердительного кивка, Дина затараторила в надежде оглушить собеседницу бессмысленным потоком слов. — Знаете, я о вашем брате столько хорошего слышала. Девочки просто в шоке.

Всегда, говорят, с ним ездили, если срочно куда-то нужно было. Такой приятный, такой обходительный. А тут вдруг… Так внезапно…

— Да, совершенно внезапно. Миша никогда на сердце не жаловался, — оперлась на швабру Анна Подгорная. Глаза у нее влажно заблестели.

— Может, переволновался? Клиенты разные попадаются — и со скандалами, и с претензиями.

— Может… Но вряд ли. Миша к такой ерунде привык давно. Не первый же год таксует. Таксовал, то есть, — поправила себя Анна, смахивая со щеки слезу.

— У меня отец так умер. Пришел вечером домой, шутил, поужинал с аппетитом. Когда сели смотреть телевизор, сказал, что в груди колет. А через полчаса… — Дина растерянно положила руку Анне на плечо. Сейчас она не решилась соврать — и эта случайная правда внезапно сработала.

— Наверное, и с Мишей вот так же было, — снова отерла мокрую щеку Анна. — Тем вечером он в «Орхидею» заглянул после смены. Отдохнуть хотел… Вот и отдохнул. В последний раз.

Она разрыдалась.

Стыд накатил на Дину густой липкой волной. Она обняла тихо всхлипывающую Анну, поглаживая ее по спине, как ребенка, — и с ужасом думала о том, что таких разговоров предстоит еще много.

А время терять нельзя. Скоро хищник опять проголодается. И будет следующий труп. И следующая плачущая женщина.

Брат Игоря Левашова — шестьдесят один, в разводе, слесарь — подрабатывал в единственном магазине грузчиком. Дина поймала его на заднем дворе — Левашов неспешно курил, запрокинув в небо скуластое смуглое лицо.

Пошарив в сумочке, Дина тоже нашарила пачку, подошла и помахала сигаретой.

— Уважаемый, огоньку не найдется?

Тяжело глядя из-под нависших кустистых бровей, Левашов чиркнул зажигалкой и поднес прыгающий огонек Дине, закрывая его от ветра широкой ладонью.

— Пожалуйста.

Вежливо поблагодарив, Дина пристроилась рядышком на крылечке и повела разговор — об ассортименте продуктов в Великой Россоши, о ценах, о зарплатах.