Только не ты!

Тогда и знакомство будет куда уж достойным и затейливым…

Генерал-лейтенант с выражением глубочайшего омерзения разглядывал бардак на кухне. Роман на это только мысленно хмыкнул: нет, ну, а что он хотел? Припёрся с утра пораньше… А вчера тут вообще-то была угарная вечеринка. Вон, гости до сих пор валяются кто где в полной отключке.

Он перешагнул через пустые бутылки и невозмутимо прошествовал к холодильнику. Открыл и заглянул внутрь. Всё, что можно было съесть и выпить, было съедено и выпито. Сиротливо на краю полочки притулилась бутылочка с минералкой.

Ну, и ладно, доставку продуктов недолго заказать.

Роман достал из дверцы припасённое зелье и к нему сцапал минералку. Глотнул из пузырька густое, пахнущее травами пойло и тут же запил шипучей солоноватой водой. Просто божественно прохладной!

Когда эта живительная влага оросила ротовую полость, сухую, точно пески пустыни, Роман едва не замурлыкал от счастья: а этот мир и не так уж плох ещё!

– Нам пора с тобой серьёзно поговорить, сын, – проговорил Родионов-старший, хмуро глядя в окно и демонстративно игнорируя кем-то выведенную на стекле надпись алой помадой: «Мы тебя любим, Ромик!» – и несколько отпечатков губ такого же цвета.

Благословенная жидкость во рту моментально перестала быть таковой. Болезненно тугим комом она собралась в горле и с трудом протиснулась по пищеводу в желудок, заставляя парня скривиться и судорожно сглатывать.

– Обязательно… – «говорить такое, пока я пью?» – закончить фразу он не успел, потому что родитель явно не был настроен его слушать.

И, что более важно, слышать. Поэтому Роман предпочёл просто цедить воду, равнодушно ожидая, когда у господина генерал-лейтенанта диктаторские замашки поутихнут.

– Мы с мамой решили, что тебе пора остепениться, и подыскали для тебя невесту, – отец бросил на него провокационный взгляд, но парень ответил равнодушным пожиманием плеч: что-то такое и раньше уже было: «Женись, Рома, пора уже завести семью»…

Заводить кого бы то ни было он пока не хотел.

Вернее, нет. Раньше хотел, в детстве. Кота. Или на худой конец собаку. Но кота хотелось больше. А ещё брата. Или сестру. Чтобы не было так одиноко…

Теперь же… нет. Жену вместо кота? Звучит как-то не очень. Но узнать, кого же предки ему напророчили в качестве «единственной-неповторимой», было интересно.

– Ты её наверняка знаешь, – не дождавшись реакции, продолжил Родионов-старший.