Только не ты!

– Это дочь бизнесмена Бизюлькина…

Теперь реакция Романа последовала незамедлительно: он поперхнулся, да так сильно, что минералка хлынула из носа, когда он закашлялся.

– Не делай такое лицо! – поморщился родитель. – Очень достойная девочка…

Это он про Кассиопею Бизюлькину сейчас говорит?! «Достойная девочка»?!

Ну да, а про кого же ещё? У магната Бизюлькина дочь была единственным ребёнком…

Хм… «Достойная»… Надо же… Да надутую грудь этой донельзя засиликоненной девицы в её веб-чате видела половина столицы! Вторая половина имела честь даже её щупать.

О распущенном поведении Касси уже слагали легенды…

– Вы это с мамой серьёзно?! – просипел Роман, когда едва смог отдышаться. В нём ещё слабо теплилась надежда, что услышанное – шутка, хотя ледяной взгляд отца явно указывал на обратное. Но парень всё же сделал попытку хохмить: – А как же честь, достоинство и прочие высоко моральные принципы, которыми вы с мамой мне с детства уши прожужжали?

Отец скривился, и Роман понял, что попал точно в «яблочко»: чем-то этот ушлый бизнесмен хвост знаменитому Родионову прищемить сумел.

Да так, что тот готов был обручить своего единственного наследника с этой «прости-хоспади». И знал, прекрасно знал о всех «добродетелях» девицы. Этой, которая «достойная невеста» теперь.

Нет, о том, что Бизюлькина по нему давно сохнет, Роман прекрасно был осведомлён. Но всё же надеялся, что это просто бзик избалованной дурочки, когда он не лёг к её ногам по первому щелчку пальцев.

Не лёг и по второму, а после третьего отказа заслужил в её глазах место ценного охотничьего трофея. Не более того. Не любовь это…

– Кассиопея – ведьма, а в них, если велик магический потенциал, зачастую по молодости кровь играет… – как-то вяло оправдался родитель и бросил тоскливый взгляд в окно.

Роман не сдержал фырканья: ведьмой Кася была весьма посредственной. Как и вся её приворотная ворожба, которой она забрасывала его: записочки, маленькие презенты и даже сообщения в интернете с прицепленными лёгкими проклятьями на любовь и страсть – всё это было для него не более чем раздражающая мошкара, которую он легко стряхивал с себя.

Но Бизюлькина настырно желала стать Родионовой и упрямо засыпала его этим говном. В перерывах между хахалями, конечно же, когда вновь вспоминала о его существовании.