Совенок. Путь к трону. Пятая часть

– Ты ведь понимаешь, что у нас не может быть секретов друг от друга?

И взгляд такой… угрожающий, в котором читалось обещание скорых неприятностей. Но зеленый дым от огненной стихии – интересно, из чего она делает эту гадость – работал лучше любого мотиватора.

– Знаешь, Харт, – задумчиво проговорила Юля, поправляя пиджак на плечах, диктовать свои условия полуодетой было несколько неудобно, – после твоих секретов я ночами спать не буду, а мои… слишком скучны для тебя. Так что давай каждый останется при своем.

Похоже, сегодня был тот самый день, когда она испортит отношения с родней. Ничего, Харт переживет ее пьяную наглость. Ему отец потом расскажет то, что сочтет нужным.

И вот не надо на нее так смотреть… осуждающе. В четыре пары глаз. Впрочем, она всегда знала, что ее безоговорочная поддержка – это Совенок.

– М–м–м, мне пора, – извиняюще улыбнулась, пытаясь найти твердость в ногах, дабы не заплетаться при каждом шаге.

– Я помогу, – решительно заявил Фильярг, подхватывая на руки.

Его величество ждал их на верхней палубе. Они прошли мимо расступившихся безмолвных, поднялись по ступеням, и муж поставил Юлю на ноги.

Мысль «Как я выгляжу?!» Юля отогнала. Какая разница, собственно, с какой внешностью портить отношения с королем?

Тот стоял спиной к ним, всматриваясь в горизонт, точно искал там ответа на свои вопросы.

– Кресло ей принесите, – скомандовал он, не поворачиваясь, и за спиной послышался торопливый стук шагов – кто-то из безмолвных рванул выполнять приказ короля.

Н–да, не так просто иметь державного родственника. С одной стороны, он отец ее мужа. Свекр. Плюс отец Совенка. Тут вообще сложная арифметика. С другой – безоговорочная, между прочим, власть в стране. Диктат. И куда она со своим либерализмом и реформами?!

Кресло принесли, еще и помогли сесть, и пиджак заботливо поправили. Фильярг поцеловал в макушку, прошептав, что он всегда на ее стороне.

И оставил одну наедине с огнедышащим драко… королем.

– Готова? – сурово вопросили от борта.

Знать бы еще к чему, – с тоской подумала Юля.

– Будет больно, – предупредил король, опираясь на поручни по обе стороны от застывшей испуганной мышкой Юли.

Та хотела было спросить – почему, но вокруг полыхнуло ослепительное пламя, рвануло к ней, искрами пробираясь под кожу. Вопль боли потонул в реве огня.