Шесть соток волшебства

Не спальня. И уж тем более не крохотный запертый чулан, к которому Инга так и не подобрала ключ.

Следуя за монотонной навязчивой мелодией, Инга прошла по коридору и заглянула в ванную. Звонок доносился из корзины с грязным бельем.

Когда она успела засунуть туда телефон? Трусы и носки отправились в корзину вчера вечером, с того времени Инга ее даже не открывала.

Наверное.

Скорее всего.

С большой долей вероятности.

Смущенная странными провалами в памяти, Инга откинула крышку и вытащила из развала несвежих футболок «Самсунг».

— Алло.

— Инга Викторовна? — сухо поинтересовался незнакомый голос.

— Да. С кем я разговариваю?

— Это нотариус. Снегирев Владимир Петрович. Я писал вам по поводу наследства, помните?

— Конечно, — смущенно соврала Инга. — Добрый день, Владимир Петрович. Что вы хотели?

— Мне нужно увидеться с вами. В завещании Евдокии Павловны указаны некоторые условия наследования. Я обязан вас с ними ознакомить.

— Сейчас я работаю, но после обеда могу подъехать к вашему офису.

Если вы объясните, где он находится — я пока совершенно не ориентируюсь в городе.

— О, не беспокойтесь, — с неожиданным энтузиазмом откликнулся нотариус Снегирев. — Я сам к вам подъеду. Могу прямо сейчас, если вам удобно.

— Э-э-э… — растерялась Инга. — Еще пару часов я буду занята…

— О, не беспокойтесь! Разговор займет минут десять, не больше. Вы можете прерваться на десять минут?

— Да, конечно. На десять могу, — поморщившись, согласилась Инга. Поразительное трудовое рвение нотариуса было совершенно некстати, но чем парировать внезапное предложение, Инга не знала.

Да и портить отношения с человеком, от которого зависит судьба нескольких миллионов, было очевидно неразумным решением.

Вздохнув, Инга захлопнула ноутбук с незаконченным переводом и отправилась на кухню — ставить на печку джезву с водой.

Когда Снегирев приехал, кофе уже был готов.

— Проходите, Владимир Петрович, — гостеприимно распахнула двери Инга.

— Спасибо, — настороженно озираясь, нотариус переступил порог.

— Как вам новая собственность? Уже обустроились?

— Пока еще не собственность, — педантично уточнила Инга. — До вступления в права наследования осталось пять месяцев.

— О, это не имеет никакого значения, — внезапно растянул узкие губы в улыбке Снегирев, не переставая внимательно осматривать кухню. — Условия наследования Евдокия Павловна оставила предельно простые, выполнить их несложно. А других претендентов на имущество покойной нет и не будет.