Мама для Совенка. Часть третья

— Литрак, — попросил Харт, и помощник осторожно забрал письмо из рук девушки, торопливо погасил пламя и остался озадаченно разглядывать наполовину обуглившееся послание.

— Какие вы все-таки… су… ровые, — с обидой протянула, покачиваясь, Софрана.

Харт сглотнул. Что-то такое читалось в глазах девушки… Настораживающее.

— Но вы мне и такими нравитесь. Все. Трое. И вообще, это секрет, — она, пьяно улыбаясь, поднесла палец к губам, — но я вас люблю. Только еще не поняла, кого из вас, — нахмурилась.

За спиной хмыкнула охрана, и Харт ощутил стойкое желание прибить всех свидетелей на этой улице.

Вот только влюбленной девицы ему не хватало для полного счастья.

Но делать что-то надо, и быстро, пока госпожа секретарь не придумала, куда потратить внезапно свалившуюся на нее энергию. И брат может гордиться: контур, хоть и на пределе, но работал, равномерно распределяя поступившую энергию без выжигающих ауру нестабильностей. То есть лично Софране сейчас ничего не угрожало, чего не скажешь об окружающих.

Потому как долго удерживать внутри себя это пылающее море она не сможет. Вот уже о чем-то задумалась… Повернула голову в сторону порта. Безмолвные напряглись.

Харт вспомнил «Лунную деву». Безумную ночь. Поднятый остров. Разрушенную башню. Содрогнулся. Повторения не хотелось. Оглянулся: на лицах парней читалась решимость пренебречь общественными нормами морали и вырубить девицу, стоит той дернуться. Причем банально ручками, так как применять магию чревато.

Вздохнул: придется брать огонь на себя.

Еще и влюбленность эта… Не к месту. Совершенно. И стонущий ругательствами за забором лорд весь настрой сбивает. Шагнул вплотную. Позвал:

— Софрана.

Девушка задрала голову, вгляделась в его лицо, точно силясь вспомнить, кто перед ней. Плохо. Еще немного — и она потеряет контроль над пламенем, отдавшись воле инстинктов. А что там у нее в подсознании… Харт предпочел бы не знать. Это ассара по доброте душевной весь мир желала облагодетельствовать, а каких темных духов прячет в своей душе Софрана? И не захочет ли она разрушить этот мир?

— Я вам нравлюсь, — напомнил на всякий случай.

Девушка моргнула. От нее шла такая волна жара, что Харт вспотел. Рванул ворот рубашки, потом не выдержал, скинул плащ, перебросил его на руки помощнику.

Софрана задышала чаще. Облизнула потрескавшиеся губы.

«И как только смогла поглотить пламя?» — давно крутилась в голове мысль, но ответа на нее у Харта не было. Потом, когда все закончится, он найдет ответ.