Мама для Совенка. Часть третья

И не боится, что та превратится в чудовище или полыхнет выбросом.

В голове сам собой начал складываться текст новости. Неплохо может выйти, н-да.

Он в десятый раз просмотрел личное дело будущей супруги: мила, наивна, упряма, порывиста. Родные отмечают бунтарский характер.

— На дом работу, конечно, брать не очень хорошо, — задумчиво проговорил Харт, — но с бунтарским характером я как-нибудь справлюсь. Благо опыт есть.

Вздохнул. Жениться не хотелось. Привык он к своей жизни, расписанной по минутам. Нет в ней места для глупостей.

Хватило недавнего помешательства с Юлей. Но там хотя бы понятно, почему увлекся: ассара привлекала своей загадочностью. Ее хотелось познавать медленно, шаг за шагом, приручая к себе. А здесь?

«Вы мне нравитесь», — передразнил. Как все предсказуемо… До тошнотворной скукоты. Только помани — побежит с обожанием в глазах. И Харт поморщился, ощущая, как начинают ныть зубы.

Но брат прав. Дар действительно полезный. Отпускать нельзя. Тем более если он передается детям. Столпов с детства приучают к долгу перед государством, но первый брак по негласному договору наследник может выбрать сам.

Это потом, если «повезет» быть призванным огнем, его ждет семь договорных, но первый…

И вот сейчас его лишают даже такой малости. Надо бы обидеться, но обида почему-то притихла. Да и Харт все меньше чувствовал себя лишенцем. Подумаешь, брак… Бывало в жизни и похуже.

Выглянул в приемную. Нашел взглядом своего нового секретаря. Вчера только выпустили из госпиталя, а сегодня уже на работе.

Упрямая. И каким милым цветочком прикидывается. От стола отодвинулась, руки на коленях. Но он помнил ее эпатажное появление перед домом подозреваемого…

— Госпожа Софрана, — пригласил в кабинет. Усадил в кресло. Сам сел напротив. — Мне надо с вами серьезно поговорить.

— Я все поняла, — торопливо проговорила девушка, не отрывая взгляд от собственных колен. На щеках уже полыхали два алых пятна. — Никаких инициатив, делаю лишь то, что мне поручили.

— Не о работе речь, — поморщился Харт, — хотя ваши выводы похвальны.

— Вы меня не накажете? — встрепенулась.

— Нет, — сквозь зубы проговорил Харт, ясно представляя, что послушания секретарю хватит, дай пламя, на пару дней.

— Госпожа Софрана, забудьте о работе. — Девушка тут же насупилась. — У меня к вам предложение.

Тут Харт запнулся. Красноречие, столь часто помогавшее ему в работе, внезапно приказало долго жить. Мысли разбежались пугливыми ерьками. В голове господствовала пустота.