Мама для Совенка. Часть третья

Женщина остановилась, присела перед девочкой на корточки, указывая на черного, лоснящегося добермана, идущего рядом с хозяином.

Юля ощутила, как замерло сердце, как перехватило дыхание: у женщины было до боли знакомое лицо. Перед ней была она сама через несколько лет.

Пятно сменилось темнотой, и Юля тут же нырнула во второе.

— Бей давай! — Двое мальчишек обменивались ударами деревянных мечей. Сероволосый крепыш наступал на второго темноволосого худенького пацана.

— Слабак! — остановился крепыш, кривя недовольное лицо.

— Какова мамаша, таков и сын.

Темноволосый вспыхнул, стиснул рукоять меча и молча бросился в стремительную атаку, а по мечу вдруг забегали огоньки пламени. Их становилось все больше. Крепыш заорал от боли: часть огней перебралась на него. Но и черноволосому тоже досталось.

— Не могу, — честно призналась Юля, зажмурившись от боли в сердце.

Когда открыла глаза, вокруг была знакомая тьма.

— Это выбор, да? — спросила без надежды получить ответ.

И как его толковать? По одному короткому видению?

Земля.

Дочь. Четвертый вынужден будет развестись, потому как первенец не мальчик. Да и есть шанс, что малышка не унаследует магию от отца. Что случится с Совенком, гадать не хочется, но у Юли будет шанс вернуть себе прежнюю жизнь.

Ну а мальчик… Станет дитем двух миров. И, как это часто бывает, непохожесть вызовет отторжение и злобу. Ее малышу придется завоевывать себе право считаться сыном Асмаса.

Потерла лоб. Спросила с отчаянием:

— А нормального выбора нет?

Такого, где все счастливы.

Темнота не ответила, пятна превратились в два белых цветка и зависли перед ней. Правый — Земля с дочерью, левый — Асмас с сыном.

Юля прикрыла глаза. Растерла лицо. Выдохнула, собираясь с мыслями. Внутри тугим узлом скручивалось отчаяние. Выбор был столь очевиден, что из глаз полились слезы. Девочка без дара станет уродцем на Асмасе. Но перед глазами прыгали косички с бантиками. Неужели это чудо не появится на свет? Знание — зло.

Всхлипнула. Выругалась. Позавидовала тем, кто рожает, даже не зная пол ребенка, не говоря уже о его судьбе.

С отчаянием — будь что будет — протянула обе руки к цветам.

Глава 9

Обхватила, со злым отчаянием прижимая к груди. Пламя разъяренно взметнулось из темноты. Окружило с пугающим гудением. Отшвырнуло, с размаху впечатывая в стену.

Юля больно приложилась спиной и затылком, но руки не разжала, ощущая, как дрожат под пальцами превратившиеся в два мягких шара цветы.

— Не отдам! — крикнула бесстрашно.