Побег из Альтарьера

Я неловко улыбнулась и попыталась разгладить складки на подоле. Не самый умный поступок — спать в платье, в котором планируешь куда-то ехать.

— Можете воспользоваться моей ванной комнатой, если нужно.

Кивнув, я скрылась за резной дверью, быстро сделала свои дела, провела влажной ладонью по подолу, умылась и попыталась разгладить розовые складки на щеке, но вид у меня всё равно был заспанный, а лицо выглядело так, будто его скомкали и оставили валяться в бельевой корзине на неделю. Вышла из ванной, приложив ладонь к щеке, несущей следы поражения от подушки, и убрала подарок в сумку.

В конце концов, если лард Кравер меня им попрекнёт или потребует взамен постельных утех, я всегда смогу с гордым видом швырнуть гарнитур ему в лицо. Благородная ларда имеет право не только принимать подарки, но и возвращать их.

— Зря стесняетесь, ваши мятые щёчки прекрасно гармонируют с вашим мятым платьем.

— Это такой сомнительный комплимент? — насупилась я.

— Это такая правда. Как вы любите. А знаете, что хочется сделать при виде ваших розовых щёчек и сонных глазок?

— Что? — спросила я раньше, чем подумала, что ответ мне не понравится.

Пророческая мысль. Так и вышло.

— Уложить вас обратно в постель, желательно без платья.

— Я бы не отказалась от постели, только без вас. Можно даже в платье. Всё равно мятое.

За разговором мы дошли до выхода, Эрик развернул меня к себе и закутал в плащ прежде, чем я успела возмутиться его фамильярностью.

На улице лютовал мороз, я натянула капюшон поглубже, отыскала в сумке перчатки и замерла на крыльце.

Эрик потянул меня за руку к кабальдам. Огромным кабальдам! Самый большой жеребец игреневой масти, с тёмно-шоколадным корпусом и молочно-белыми гривой и хвостом, был такого исполинского размера, что холкой равнялся с макушкой хозяина, а Эрик, между прочим, очень высок.

— Знакомьтесь, это Белодан. Белодан, это Амелия, она своя.

Кабальд подозрительно принюхался, затем выгнул шею и мягко упёрся лбом мне в щёку, обдав горячим дыханием.

Я подняла руку и провела по шерстистой скуле.

— Какой ты красавец! Приятно познакомиться, — я погладила его от бархатистого на ощупь носа до самых оснований двух острых загнутых рогов.

— Рад, что вы пришлись ему по душе. По крайней мере, буду уверен, что он вас не скинет.

— А что, мог?

— Да, он у меня своенравный, не всякую барышню к себе подпустит.

— И много барышень ты поскидывал, проказник? — с улыбкой обратилась я к Белодану.