Маска служанки

И вот уже места, чтобы встать с кровати, мне просто не было!

-Герцогиня Толлас, - я едва сдержалась, чтобы не поморщиться, когда воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули на меня. А щека больно заныла. Но я знала, девочки об этом не спросят. Прислуга не привыкла расспрашивать друг друга о пощечинах, оплеухах и прочих унижениях, которые могли вынести от господ за свой рабочий день.

-А кто тебе достался, Инона?

Инона была из семьи творцов, хотя сама ни склонностями, ни тягой к искусству не отличалась.

Она приехала сюда в надежде заработать и завести полезные знакомства. Что было проблематично сделать с ее внешностью.

Нет, не подумайте! Инона просто милашка! Прямо-таки сдобная булочка с нежными чертами лица и выдающимися формами. А большие круглые очки, которые она всегда носила, были ей к лицу.

Но из-за цвета своих волос, она куда больше меня походила на никити. По правде сказать, именно из-за этой мысли я и завязала с ней дружбу. Но Инона оказалась обычной милой девушкой, с волосами цвета асфальта.

(Не спрашивайте меня, что это такое, я его видела когда-то давно, но объяснить не смогу!)

-Мне досталась графиня Элина Геллар, - тяжело вздохнула она. - Мало того, что властная и капризная, да к еще и все уши мне прожужжала своим королем Робайном.

Оп-па! Оказывается, леди Мидея все-таки была неправа в своих суждениях, и не все рады довольствоваться министром вместо короля. Но эта болтовня уже затянулась.

-А ну, брысь отсюда! А то я стану вашим ночным кошмаром, похуже всяких графинь! - шутливо крикнула я.

И девушки покинули мою скромную мансардную каморку.

..........................................................................................

Заседание

Кабинет собраний был небольшим, но светлым помещением. С одной его стороны стоял большой камин, который в теплое время, как сейчас, разжигался лишь затем, чтобы уничтожить какие-то документы и письма.

С другой стороны, стоял большой и массивный стол, во главе которого сидел наследник, принц Робайн.

Сам себя принцем называть он не любил. Считал это слово слишком детским, подходящим для юнцов. А в двадцать шесть лет так себя уже никто не зовет!

По бокам от стола располагались кожаные кресла, на которых сидели его доверенные лица по разным вопросам.

Советница Кеннеди - лопоухая магичка лет пятидесяти, худая, как тростинка, с вечно поджатыми тонкими губами и усталым взглядом.