Наследница проклятого острова

Гайрона чуяла его запах и сладко замерла в предвкушении.

Но ничего не произошло.

— Я рад, что мы договорились, моя прекрасная Вета. Позволь проводить тебя до каюты. На палубе по ночам очень зябко, а я не хочу, чтобы ты простыла.

— Как скажешь, Ярц, — ошеломлённо согласилась я.

Почему он меня не поцеловал?!

Этот вопрос не давал покоя ближайшие несколько часов, а потом началась сильная качка, и думать о таких мелочах стало некогда — пришлось в срочном порядке крепить вещи, ловить разлетевшиеся по каюте мелочи и убирать их в прикрученный к полу комод.

Морем я ходила редко: наша семья вполне могла себе позволить оплату портальных переходов, если требовалось оказаться на другом острове. Мы с родителями жили в столице, а бабушка с дедушкой — на Цейлахе, и время я всегда предпочитала проводить именно там, безраздельно владея их вниманием. В городском доме меня донимали старшие братья, мама вечно была занята, а отец пропадал на службе. Так что провинциальный Цейлах я любила куда сильнее великолепной, крикливой и злачной Нагу́ссы, в которой порок и добродетель переплелись так тесно, что даже Хаинко порой не могло разобрать, где одно, а где другое.

Качка тем временем только усилилась. Меня швыряло от одной стены к другой, и я поняла, что пора выходить из каюты. Хоть я и гайрона, но тонуть взаперти — приятного мало, а дело откровенно запахло кораблекрушением.

Схватила сумку, разулась и упрятала в неё сапожки. Но выйти наружу не успела — ко мне без стука вломился Ярц с перекошенным лицом.

— За мной!

Капитан схватил меня за руку и потащил, но не на палубу, а в трюм!

— Куда?! — выкрикнула я, упираясь изо всех сил.

Ярц сгрёб меня в охапку, стиснул в болезненном объятии и заорал почти в ухо, перекрикивая рёв шторма.

— Вета, у нас на хвосте три пиратских судна, если не хочешь попасть в их грязные лапы, то посидишь вместе с товаром. С ними погодные маги, и они вот-вот возьмут нас на абордаж!

Капитан потащил меня дальше, и я поняла, что сопротивление бесполезно. Он слишком силён, а перекидываться внутри корабля — нельзя.

Затащив меня в трюм, Ярц сдвинул одну из фальшпанелей и впихнул меня в темноту.

— Лучше даже не дыши! — рявкнул он на прощание и закрыл снаружи.

Человеческим зрением я не увидела ничего, пришлось довериться гайроне и посмотреть её глазами. Я оказалась в тесном пространстве среди аккуратно сработанных деревянных ящиков. Хотела заглянуть в один из них, но они все оказались опломбированы.