Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Да и надо ли? Силком женщин на работу никто не тащит, обстоятельствами — кормить детей и зарабатывать деньги — не душит. Золотое время для слабого пола. Хочешь — работай. Хочешь — сиди дома и занимайся мужем и детьми. Риск один — осуждение общества. Его терпимость пока распространялась на школы, целительские, с натяжкой — на торговые лавки, которые совмещались с посиделками (прообраз будущих кафе), ну и на традиционные цветочные галереи, мастерские амулетов и швейные мастерские.

Юля позволила себе помечтать о том, как когда-нибудь к награде будет представлена первая женщина, гм, боевой маг, или скульптор, или писатель.

Зимний бал не подразумевал серьезных дел: народ желал хорошенько отдохнуть, — так что дисциплина среди подданных царила… мало почтительная. Нет, его величество никто не перебивал диким гоготом, но то тут, то там возникали островки шепота, кто-то пробирался сквозь толпу, кто-то махал рукой знакомым, все улыбались, а ноги отдельных товарищей уже начинали отбивать танцевальный ритм.

Юля стояла рядом с троном — привилегия первых родственников. Старательно улыбалась семье — аж скулы сводило. Взгляд то и дело сползал в сторону Восьмой — невысокой, хрупкой женщины. Очень серьезной и оттого кажущейся слегка надменной, но Юля понимала, сколь обманчиво может быть первое впечатление. Однако внутренний протест… унять было сложно. Да и стоящая рядом Седьмая заставляла ощущать толику враждебности к новенькой.

А ведь свадьба уже завтра… Все требуемые по этикету церемонии Юля благополучно закосила, кроме парочки совсем уж важных, а вот саму свадьбу пропустить… можно было лишь по причине собственной смерти. Так что в шкафу висело новое платье. За ним была припрятана бутылочка мартини на тот случай, если птичник, воодушевленный сменой королевы, решится на какую-нибудь гадость. Ведь прошлая супруга благоволила ассаре. «Посмотрим, — читалось в тщательно скрываемых взглядах, — что скажет новая.

Иными словами, птичник занял позицию «Готовьсь!», чтобы прибавить ускорение выпнутой из дворца ассаре. Не все, ох далеко не все смирились с высоким положением безродной чужачки из другого мира. Да и смирившиеся были бы рады потеснить ассару, ибо место у трона должно принадлежать местным по праву их рождения, а не всяким там выскочкам.