Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Интрига добавляла бодрости празднику, и, на взгляд Юли, шепотки звучали чаще, чем положено, а некоторые даже осмелились проигнорировать присутствие ассары, торопясь вытащить первый кирпич из пьедестала.

На возведенный усилиями Третьего и отполированный фантазиями птичника пьедестал Юле было плевать. Гораздо больше ее волновали проблема номер один «Дети и магия. Болезнь или закономерность? Проклятие или дар?», проблема номер два «Майра», ну и третья «Седьмая».

Бывшая королева и ныне просто Седьмая Мать тихо и без шума перебралась в гостевое крыло — в отдельно стоящую и соединенную длинным переходом с дворцом башню.

Она твердо намеривалась посвятить себя воспитанию сына, а после… как огонь решит.

Юле подобное самопожертвование было как сапог на больную мозоль. Идиотская система наследования! Связка величества с высочествами злила одним своим существованием, потому как Юля теперь тоже в упряжке. Причем дважды. И муж, и сын — оба кандидаты на жертву выбора огня. И тут как в жизни. Почетно, уважительно, дорого, богато, но для себя лично геморроя больше, чем удовольствия.

После вручения награды, когда взгляды присутствующих уже смотрели в сторону накрытых столов, на весь тронный зал прогремел усиленный магией голос:

— Ваше величество, я взываю к вашей милости здесь и сейчас!

Майра, стоящая рядом с Альгаром, испуганно подпрыгнула, смертельно побледнела и вцепилась в его руку.

По залу прокатился недовольный ропот, часть лиц раздосадовано перекосило: праздник отодвигался на неопределенное время.

Обратиться к его величеству с просьбой, как и воззвать к милости, мог любой в эти дни, но ждать до последнего? Когда у народа в глотке пересохло, а пятки зудели от желания отбить ритм? Не по огню. Однозначно.

Шестому было не до любопытства. Ему и оборачиваться не нужно было, чтобы узнать, кто изволил их посетить. Дед Майры. Решил-таки выползти из дома. И точно не для того, чтобы поздравить всех с Сердцем зимы.

«А если, — Аль сглотнул, ощущая, как в желудке поселилось что-то холодное, — Первый поставил Майре стабилизирующий контур? И лорд выявит это при всех?! Будет не просто скандал…».

Аль стиснул зубы, запрещая себе даже думать о вживленных камнях. Когда в гости пожаловал недружелюбно настроенный менталист, мысли лучше держать под контролем.

Вместо этого Аль подумает о самой Майре. Сегодня та выглядела совершенно другим человеком — у него аж сердце екнуло, когда он увидел ее рядом с мамой. В красивом, длиной в пол, платье.