Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

— То есть сегодня никакого риска не было? — спросил растерянно Аль, незаметно выдыхая: взгляд Третьего — это то, к чему невозможно привыкнуть, прям как удар по совести.

Харт откинулся на спинку кресла, покрутил бокал в ладони и ответил с самодовольной улыбкой:

— Ты же знаешь правило, мы не рискуем своими.

— И почему мне кажется, — подался вперед Ларс, — что Кайлеса вы в изменения плана не посвятили? У него такое лицо было на балу… Я боялся, еще немного — и он вцепится в глотку старика, чтобы защитить девчонку.

— А я бы посмотрел, что из этого выйдет… — протянул Пятый.

— Битва века! — оживился Альгар. — Сильнейший менталист прошлого с сильнейшим менталистом будущего.

— Сильнейший — это если наш кузен дурить бросит, — отрезал Фильярг, признаваясь: — Хотя я бы не отказался понаблюдать за этим. Никогда не видел, как дерутся без стихии.

— Их драки, может, ничего и не разрушают и стены не жгут, зато мозги окружающим выжигают так, что целителям работы не остается, — сварливо заметил Харт, добавляя: — Впрочем, на некоторых наших подданных это не сказалось бы.

У них выжигать, гм, особо нечего.

Неожиданно Харт ухмыльнулся, и улыбка, поселившаяся на губах, сделала его похожим на мальчишку.

— Но рожа у кузена была… — Потянулся, довольно. — Особенно когда понял, что контур мы так и не поставили. Думал, не сдержится — пойдет мне рожу бить за спектакль.

— Боюсь, завтра он откажется нам помогать, — нахмурился Первый.

— Ты мало его знаешь, — покачал головой Харт.

— Нам всего-то надо пережить небольшую истерику, выслушать, какие мы идиоты и совершенно не думаем о родственниках. Но свою идею он захочет воплотить сам. Так что сразу после свадьбы и приступим.

— Добро, — поднялся с места его величество. — Давно пора начать развивать собственную менталистику, а не дарить ценные ресурсы Лифгане.

Взглянул на часы: время перешагнуло за полночь, но в спальне ждала пустая постель, и короля туда не тянуло. Седьмую королеву он отпускал с сожалением, хотя казалось, никто больше не согреет окаменевшее после смерти шестой жены сердце.

Он с печалью посмотрел на сыновей, понимая, что один из них должен будет получить его власть вместе с этим проклятием. Вздохнул, привычно запрещая сердцу болеть, и произнес твердо:

— Жду всех завтра. На свадьбе.

Глава 7

— И как там поживает наш малолетний эксперимент? — спросил Первый, входя в кабинет Харта и занимая посетительский стул.