Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Увидел их в таверне, услышал неприлично открытое приглашение посетить госпожу в номере, заревновал… А много ли надо менталисту, чтобы потерять контроль?

— Молилась ли ты на ночь, Дездемона? — задумчиво спросил Кайлес вслух у городского фонтана — единственной стоящей достопримечательности, не считая толп бушующих студентов, которые раз в год, на выпускной, наводняли город, разнося пару таверн и делая месячную выручку на покупке спиртного.

— Простите, это вы мне? — мелодичным голосом поинтересовались за спиной.

Кайлес недовольно обернулся.

После сегодняшнего видеть женщин, а тем более общаться с ними, не хотелось. Романтика была выжжена зрелищем трупа на кровати и обвинением в убийстве, легко читаемым в глазах служителя закона.

— Нет, ему. — И Кайлес кивнул на фонтан.

Медово-желтые глаза глянули с насмешкой: чудак какой-то, с фонтанами разговаривает. Незнакомка изящным жестом заправила вьющуюся прядь за ухо. Кайлес мельком подумал, что волнистые волосы — редкость, вероятно доставшаяся ей от бабушки или мамы с сильным даром воздуха.

Как и легкость общения: заговорить на улице с непредставленным мужчиной? Смелость, нечасто встречаемая в Асмасе. В любое иное время Кайлес заинтересовался бы, но труп… Смердел, не вылезая из мыслей.

— Странное имя для фонтана, — задумчиво проговорила незнакомка и повторила: — Дездемона. Это же женское имя?

— Так звали неверную жену, которую задушил муж в приступе ревности, — с кровожадным удовольствием поделился Кайлес: не одному ему сегодня трупами в голове мучиться.

Девушка покрылась греющей душу бледностью. Нахмурилась и спросила:

— А почему не сжег?

«Потому что не маг!» — хотел было ответить Кайлес, но правда лишь больше запутала бы положение.

— Решил, что недостойна пламени, — пожал он плечами.

— А-а-а, — протянула незнакомка, с сочувствием посмотрела на фонтан. — Знаете, ей, наверное, грустно тут одной после такого. Вы же не будете против, если я тоже стану с ней разговаривать?

Кайлес вскинул брови. Надо же… Какой богатый на события вечер.

Сначала его нагло соблазняли, потом обвиняли в убийстве и тыкали носом в труп, а после ему повезло встретить местную сумасшедшую… Ну или просто дурочку.

— Конечно, ей будет приятно, — согласился он, улыбаясь, и… внезапно застыл, ощущая, как от девушки к фонтану потянулись до боли знакомые нити ментального воздействия.

Его зацепило краем, но глаза защипало от теплого сочувствия, сердце сдавило, и Кайлес ощутил дикое желание, чтобы его пожалели.