Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

— Ладно, не гаси пламя, — сказал вдруг, — с каждым бывает. Перепугался — дар от волнения проснулся. Только вот, — пожевал губу, — менталистика такая вещь… Короче, сдавать тебя я не стану и парням скажу, чтоб молчали. Разбирайся сам. И это, — дернул за халат, — реквизит отдай. Мне вернуть надо.

К общежитию сестры Майра мчалась, практически не разбирая дороги. Сердце с силой билось о ребра. Мнилось, что ректор уже в курсе и с усмешкой подписывает приказ об отчислении…

Осознание — ну почему она такая невезучая! — выбило слезы из глаз, и мир отгородился размытым стеклом.

Пришла Майра в себя, летя носом в землю. Полежала на старой листве, перевернулась на спину. Посмотрела на звезды, на заслонившую их иллюзию калкалоса. Отчисление из академии сейчас казалось сродни казни. Майра была согласна на любое обличье, на любое наказание, лишь бы остаться. Но огонь, похоже, был против, иначе с чего ему раз за разом испытывать ее?

Встала, кривясь от боли. Потерла разбитую коленку. Упрямо поджала губы.

Пусть ее отчислят, но домой к деду она не вернется — сбежит по дороге.

* Ташкан — маленький шустрый зверек, похож на земную мартышку, живет преимущественно на деревьях, очень подвижный и непоседливый.

Глава 2

В комнату пробиралась затаив дыхание. Отворила дверь, заглянула с опаской. Внутри было обнадеживающе тихо. Майра выдохнула, вошла, чувствуя прилив смелости. Отмахнулась от световика и начала в темноте стягивать китель.

— Мне вот интересно, чем ты думала, появляясь на сцене? — вкрадчиво поинтересовались у окна.

Майра замерла. Лицо полыхнуло румянцем. Внутри проснулся жгучий стыд. Умел его высочество несколькими словами показать глупость поступка… Майра прикусила губу, засопела недовольно. Нервно дернула за пуговицу, оторвала, покрутила в пальцах — теперь вот еще пришивать.

Наверное, Альгар прав. Не стоило туда ходить. Но память подкинула круг, ощущение товарищества, жгучую радость внутри, тяжесть ладоней на плечах… Если бы не всплеск дара, все было бы отлично.

— Где она?! — В комнату, топоча и шумно дыша, ворвались кураторы.

Потревоженные световики вспыхнули все разом, заливая пространство желтым светом. Майра шарахнулась, забиваясь в угол кровати, вскинула ладонь, прикрывая глаза.

— Пусти!

В комнате слышалась какая-то возня, надсадное пыхтение.

— Нет, я все же ей всыплю! Моя семья выше ее по положению, так что право у меня есть! — горячился Шиль.

Майра растопырила пальцы, подглядывая.