Леона. На рубеже иных миров

Горящие ядовитой зеленью глаза ярко вспыхнули гневом. Нечисть разочарованно и зло завизжала. И вдруг словно сломалась, выдохлась и, разбито упав на колени, подавлено опустила голову и совсем по-девичьи горько зарыдала — очень тоскливо и жалобно, прикрывая ладошками лицо и мелко сотрясаясь всем телом.

Леона не поддалась на эту уловку.

— Можешь даже не пытаться, — оборвала она утопленницу, ощутив, как все же дрогнуло на мгновение сердце. — Так тебе нужна моя помощь или, может, ты желаешь остаться такой навсегда?

Навка замолчала и подняла все такое же хищное лицо, без единого намека на слезы.

Она пытливо посмотрела на Леону, по кошачьи склонив голову набок, и, недоверчиво прищурив глаза, скрипяще спросила:

— А ты можешь?

— Могу, — ответила Леона, не двигаясь.

В упор глядя на девушку, нечисть немного помолчала, продолжая подобно сломанной кукле сидеть на земле и наконец, не меняя своей изломанной позы, медленно поднялась. Ее белая рубаха ничуть не испачкалась, осталась такой же чистой, словно утопленница и не сидела на черной земле, словно не падала, отлетев от щита на сочную маркую зелень.

Постояла мгновение. И исчезла.

Леона не обманулась ее уходом. Рано. Она напряженно закусила изнутри щеку и тут же взяла себя в руки, сдержав судорожный выдох.

В следующий миг громко заржал встревоженный конь, беспокойно загарцевав на месте. А его охранный круг полыхнул рубиновым огнем.

«Счастье, что оберег успела поставить… И додумалась испросить у Землицы сил для его щита — благо, она откликнулась.

Моих могло бы и не хватить на нас двоих…», — облегченно подумала Леона.

А вслух спокойно, сказала:

— Не пугай моего коня. Что толку тебе от скотины. — Она вновь стала помешивать остывающую кашу, чтобы хоть чем-то себя занять. — Впрочем, достать ты его все равно не сможешь.

Леона лукавила. Если навка не отступит, то в скором времени сможет и сломить поставленную препону[5]. Другое дело, что скотина ей действительно ни к чему… Сейчас, скорее всего, это была лишь попытка напугать саму девушку.

Ведь главный враг для нее, пока она под защитой не нечисть, а страх… Страх, ослабляет щит… Страх, питает и усиливает навку…

Руки начали мелко подрагивать. Девушка досадливо выдохнула и, положив ложку, вновь сосредоточилась на размеренном дыхании. Она под защитой — ей нечего бояться. Глянув на черное, усыпанное звездами небо, она мысленно добавила: «пока что…».