Леона. На рубеже иных миров

За одним из столов даже затеяли спор о том, какие лакомства лучше продавать на ярмарке.

Одни утверждали, что лучше каленых орешков ничего быть не может, а другие в ответ упорно оспаривали это мнение, отстаивая право ягодных левашей[6] на звание лучшей заедки.

— Не леваш, а пастила, я тебе говорю!

— Пастила из яблок делатца, а леваш ягодный! Что ты мне сказывашь тута!

Леона доедала второй пирожок и продолжала осторожно разглядывать посетителей харчевни, высматривая среди них купцов с охраной. Пока никого подходящего она не заметила.

Может, купцы с большими обозами не стали заходить в село, расположившись подле стен… «Хотя купцы-то, может, и в селе, сидят себе в харчевнях, отдыхают. А вот их охрана осталась у повозок выполнять то, за что им уплачено — охранять товар», думала про себя девушка. Но хоть пара молодцов-то должна сопровождать работодателя?

Из кухни вышла раскрасневшаяся Любомира, таща в руках небольшой бочонок.

— На-ка вот, передашь это Житомиру. Уж больно он наш квас медовый любит, пущай побалуется, я давно уж обещалась передать.

Где твой коняка пятнистый?

— У коновязи стоит. Да я так донесу, бочонок-то маленький.

— Ну-ну, не спорь мне тут, — по-доброму пожурила Любомира неразумную девицу. — Он хоть и мал, да тяжелый уж больно, ищо надорвешься, как потом дитятку вынашивать-то будешь.

— Эгей! Ну, здравствуй, красна девица! — радостно выкрикнул, появившийся из кухни парень. Это был высокий жилистый юноша со светлыми вихрастыми волосами и блеклыми веснушками на лице.

Он задорно улыбался, склоняясь в шутливом поклоне, вокруг его голубых глаз разбегались светлые лучики-смешинки.

— А ну, неча дурака валять, — Любомира тихонько шлепнула парня рушником. И тот, смеясь, попытался увильнуть из-под полотенца.

— Ну, здравствуй, добрый молодец, — фыркнув, ответила Леона и с улыбкой встала навстречу другу.

Широко разведя руки, Словцен радостно направился к улыбающейся девушке и заключил подругу в крепкие объятия, приподняв ее над полом.

— Ты на ярмарку приехала? — поставив Леону на ноги и все так же улыбаясь, спросил парень.

— Ну началось! А ну обожди, потом балабонить будете, — перебила их Любомира. — Ты докончил уже чтоль? — спросила она.

— Ага, — довольно ответил парень. — Я только на кухню дрова затащил, как мне Ташка крикнула, что Леона приехала. Она просила извиниться, что поболтать не удалось, — повернувшись к девушке, сказал он. — Сама видишь, как у нас тут сейчас. — Словцен кивнул на переполненный зал.