Издержки дипломатии

Обратно в зал шла в спешке, ожидая какой-нибудь катастрофы, но сразу стало ясно: паниковала напрасно. Меня никто не хватился, здесь по-прежнему царила спокойная атмосфера. Кто-то ушёл, появилась ещё пара знакомых лиц из шайтаров. Одному я даже обрадовалась, поскольку имела несколько вопросов: он был из группы Внешнего Свода, которая с их стороны готовила скорый визит моего высочайшего руководства, министра иностранных дел Акзама Знака Победы, в сопровождении менее публичных, но не менее важных лиц.

Визит этот был запланирован почти год назад, и отменять его, несмотря на тревожную обстановку и военные действия, не стали, отчего голова болела и у шайтаров, и, конечно, у нас.

Однако делам предстояло немного подождать, потому что неприятности моя стажёрка всё-таки нашла. Или, скорее, притянула, потому что вряд ли она первой заговорила с эльфом. Но до скандала пока не дошло, несмотря на то, что от видимого раздражения у неё едва не валил пар из ушей, кончики которых нервно подрагивали.

Шевелить ушами, как умели древние тролли, орки не могут, но вот этот атавизм — непроизвольные движения в моменты сильного волнения — встречается нередко. Печальная особенность для дипломата, сознательно регулировать это невозможно.

— Светлого вечера, сэль Хенирэль, — поприветствовала я коллегу. Заговорила на общем эльфийском, на котором до сих пор шёл разговор.

— Насколько могу видеть, вы уже познакомились с нашей новой сотрудницей?

— Светлого вечера, — без особого удовольствия отозвался эльф.Хотя вопрос его настроения и выражения лица, по совести, стоило оставить открытым: он очень старый, а остроухие с возрастом настолько привыкают носить на лице невозмутимую морду, что, по-моему, разучиваются демонстрировать эмоции вовсе. — Я удивлён, что Орда ещё не отказалась от этой сомнительной практики — пытаться использовать для ответственной работы женщин.

Табиба рядом едва не булькнула от возмущения, но ей хватало ума промолчать и не лезть со своими замечаниями в разговор старших.

— Ну что вы, какая ответственная работа? — сладко улыбнулась я. — Исключительно вопросы сохранения нашего общего с шайтарами культурного наследия, вы же знаете.