Издержки дипломатии

— Да, конечно, почти сразу! — Саттар за минувшее время сумел немного успокоиться и взять себя в руки: то ли до конца осознал потерю и смирился, то ли обрадовалсяперспективе скинуть проблему на кого-то другого. — Тогда она точно была настоящей. Потом это делала лично дара Шадай и подтвердила мои слова, а потом… А потом я потерял корону из виду. Ну ты же понимаешь, бумаги, надо было столько всего заполнить, такая ценность!

— И где в этот момент находилась корона? И кто мог её видеть? И, главное, незаметно вынести этакую тяжесть!

Источником сведений искусствовед оказался отвратительным.

Он плохо запоминал лица, шайтаров легко путал между собой и уверенно узнавал только нескольких хорошо знакомых сотрудников музея. Корону передавали в части музея, отданной реставраторам, и, с одной стороны, посторонних там не было, а с другой — «своих» мимо пробежало полтора десятка, не меньше, притом именно в этот момент в этом месте случилась какая-то неприятность в системе контроля влажности, и вокруг суетились ещё и техники.

С техникой и артефактами у шайтаров, к слову, чаще всего работают мужчины. Это шайтарский шаманизм — женская стезя, а вот общая магия на то и общая, талант к ней может достаться кому угодно. Да и без особого таланта можно развить в себе способности, было бы желание.

За дверью кабинета, отмеченного табличкой с должностью и именем хозяйки, слышался её неразборчивый голос — ни интонацию, ни тем более слова различить не получалось, наверное, из-за какой-то защиты.

Но мне в этом монотонном гулепослышалисьсердитые нотки.

На стук Шаиста ответила сама, разрешила войти. Я шагнула первой и едва сохранила лицо и достоинство, а не выскочила обратно и не выругалась вслух. Спасла многолетняя привычка к внешней сдержанности, выработанная годами посольской службы.

В кабинете Шаисты сидел её старший сын, именно с ним она разговаривала. Шад был чем-то раздражён, он недовольно хмурился, а ещё — явно о чём-то спорил, и сейчас подошёл к той грани, когда в нём проснулся горный баран.

Я хорошо знала это выражение лица: губы плотно сжаты, нижняя челюсть слегка выдвинута вперёд, взгляд колючий и недобрый, даже голова слегка наклонена, как будто он собрался бодаться. Когда Шад вот так упирается, переспорить или переубедить его невозможно: закусил удила, и дальше будет только хуже.

Очень надеюсь, что их прошлый разговор касался не меня, а каких-то других вопросов. Иначе объясняться с Шаистой впредь будет куда сложнее...