Издержки дипломатии

Табиба глазела по сторонам с интересом, рассматривала прохожих, а я наблюдала за ней и украдкой переводила дух. Ни выщербленные камни под ногами, ни живучие горные деревца, пробивающиеся кое-где в явно не предназначенных для этого местах, ни шайтары не вызывали у девушки недовольства, только искреннее любопытство. Может, дипломата из неё не выйдет, но зато хорошая орчанка уже получилась.

Посмотреть здесь было на что, на наш степной взгляд — сплошная экзотика. И непривычно близкий горизонт, и неровные каменные стены зданий, похожих на едва облагороженные скалистые обломки, и узкие улицы, и малое количество зелени на них, и, наконец, местная одежда — узкие штаны, заправленные в низкие тканевые сапоги на шнуровке, и приталенные не то платья, не то рубахи поверх.

Местные называют эту хламиду «сцар», и она может быть тысячи разных форм, от самой простой с разрезами по бокам, прямым подолом, длиннымирукавами и рядом пуговиц под горло до затейливых конструкций со множеством клиньев, вырезов и вставок. Первые, понятно, повседневные и для простых шайтаров, всякие изощрения — для знати и торжественных случаев.

Первых сейчас на улицах было куда больше, чем последних. Они забредали из Нижнего города, и хотя нищих и совсем подозрительных типов сюда не пускали, но и те, кто таковыми не считался, нетянули на благопристойную публику. Непонятно, зачем они приходили. Может быть, в поисках работы, с которой в городе с каждойнеделейстановилось всё хуже, но ничего хорошего их здесь не ждало.

Беспорядков пока не было, и, хотя на всех четырёх внутренних воротах имелась стража, их пока не закрывали. Но шайтары сбивались в группы, обсуждая газетные статьи, тревожные и противоречивые слухи.

Слухов ходила масса. О том, что командиры повстанцев желают взять власть в свои руки. О том, что в Совете Старейшин назрел раскол и его члены заняты дележом власти вместо решения проблем страны. О том, что восставших ведёт наследница старой династии — та, что хочет стать новой Великой Матерью.

В воздухе пахло переменами, и без того уставшие от нищеты низшие слои населения беспокоились. Одни не ждали ничего хорошего и боялись, другие — заговаривали о поддержке повстанцев и дополнительно волновали законопослушных сограждан.

Состоятельным шайтарам тоже было тревожно. Для очень многихиз них скорый уход эльфов — почти катастрофа. Они делали деньги, служа эльфам,а повстанцы таких не любят.