Откупное дитя

Но в городе уже есть ведьма, да не одна, а целых две, и ещё ведун, и ещё несколько знахарей, и все они в город приезжают каждый год, и их здесь уже знают.

Тут и грач, наконец, начинает переживать. Я прошусь к знахарям в помощницы, к каждому по очереди, и едва уворачиваюсь от ведьминого сглаза. Чигирь заглядывает в окошки, достаёт где-то карту, послушивает за местными. А ночуем мы с ним в просвете под крышей, свернувшись комком под кожухом.

В мастерских ткут, шьют и вышивают, по много часов не разгибая спины.

И я почти решаю, что это не такая плохая работа для зимы, когда Чигирь возвращается откуда-то такой довольный, что только клюв не светится.

— Собирайся, балда, — велит он мне. — Пяток дней грязюку надо помесить, зато зимовать будешь, как королевишна!

И роняет мне на колени плотный свиток с сургучной печатью, а на нём подписано вензелями:

из крепости при Синем Бору,

приглашение к ведуну или ведьме…

✾ ✾ ✾

Синий Бор на самом деле никакой не синий, а еловый, только хвоя тех ёлок светлая-светлая, точно инеем припорошенная.

В самом Бору и в округе разбросано несколько десятков мелких поселений, в каждом по пять-семь дворов. Расставлены они тесенько, дороги с высоты выглядят паутинкой, а сквозь равнину величаво течёт ленивая река.

Крепость стоит на высоком берегу чуть в стороне от Бора, в самом центре усеянной полями, домами и дорогами местности. Тёмная и угловатая, она нависает над речной переправой пристрастным надсмотрщиком: сцепила на толстой башне загребущие руки-рвы, свесила крючковатый нос моста на цепях, косится глазами-бойницами.

Выстроена крепость из дерева, поверх обмазана глиной и обожжена. Такие крепости бывают в самых разных местах, их ставят среди селений, чтобы в случае нападения жителям было, где укрыться и как оборонять переправу. Некоторые из них вырастают потом в города, а некоторые так и остаются неприветливыми укреплениями, пустыми и гулкими по мирному времени.

Крепость при Синем Бору скучает без дела уже лет так тридцать, потому что ближайшего врага отогнали из этих мест на много вёрст, но стоит — так сказал Чигирь — «на государевой дотации».

Это значит, что государь даёт на крепость какие-то деньги, а крепость должна жить так, как ей сказано. А сказано крепости, что в ней круглый год должен жить ведун или волхв, умеющий разжигать чарованное пламя.

Ведун в крепости жил, один и тот же много лет, вот только этой осенью помер.