Невольная жена врага. Пять попыток вспомнить правду

Поверх неё на незнакомце был надет строгий сюртук или даже скорее лаконичный мундир цвета небесной лазури. Наши наряды прекрасно сочетались, отчего стало понятно, что свадьбу он спланировал не вчера. Тем более что платье идеально село по моей фигуре.

— Хороший вопрос, Гвен, — хмыкнул он. — Но на него так просто не ответить. А ты всё равно не поверишь, мы это уже проходили. Так что просто смирись.

Последнее слово прозвучало как команда, но смиряться я не собиралась. Напротив, отчаянно боролась с желанием расслабиться и прикрыть глаза, нырнуть в небытие.

Во мне потихоньку закипала злость. Теперь, когда первый страх прошёл, я всё отчётливее понимала: нельзя допустить этого брака. Нужно бороться во что бы то ни стало! Я для незнакомца — лишь источник силы. Вещь. Говорящая кукла, которой можно приказать всё что угодно. Вероятно, вязь у меня на виске — это символ подчинения. Нужно срочно его стереть!

Уже на выходе из здания мне на глаза попалось три человека — две женщины и мужчина в форменной серой одежде.

Они со скорбным видом провожали нас взглядами, и на их висках тоже были такие же отметины. Это его рабы? Такие же, как я?

Я затаилась, набираясь сил для побега. Двух шансов у меня не будет, поэтому нужно усыпить бдительность «жениха» и вырваться на свободу в тот момент, когда он не будет этого ждать. Прикрыла глаза и глубоко задышала. Зря. Вместо того чтобы успокоиться, я почувствовала запах несущего меня на руках мужчины. Волнующий, неявный, но запоминающийся.

Нечто хвойно-дымное, с едва уловимой пряной ноткой.

— Вы очень приятно пахнете, — решила я зайти с другой стороны и потешить его самолюбие. — И вы тоже очень красивы. Мне тоже повезло.

«Жених» запнулся, нахмурился и удивлённо посмотрел на меня, а затем остановился. Долго вглядывался в моё лицо, а затем вдруг смягчился и даже улыбнулся, прижал к себе чуть теснее и сказал:

— Спасибо, Гвен.

Кажется, я выбрала верную стратегию. Он ощутимо расслабился. Нет, под сюртуком по-прежнему перекатывались каменные мышцы, пока он нёс меня, как ребёнка, однако из его тела ушло нервное напряжение.

Вот и прекрасно.

Никаких сомнений у меня не было: я не хочу выходить замуж за чужака, который будет выпивать мою энергию и приказывать.

Если бы у меня были силы, я бы злилась. Но слабость по телу разлилась такая, что даже оставаться в сознании получалось с трудом. А мне ещё сбегать! Когда мы наконец достигли парадного вестибюля, «жених» остановился.